Русская философия. Совершенное мышление 167. Философская казарма

 

 

     Итак, современная философия настаивает на том, что необходимым условием осуществления рефлексивной процедуры или феномена "я мыслю" является универсальное сомнение или феноменологическая редукция, результатом которой становится работа с миром как феноменом под контролем рефлексивного сознания, по максиме Канта: "должно быть возможно, чтобы представление "я мыслю"..." и т.д. Для академиков от философии философом становится только тот, кто сумел действительно усомниться в существовании мира и, посредством этого сомнения, обрести существование самого себя как мысли сомнения. Обрести существование самого себя как существующей мысли, и, следовательно, как существования. Эти философы полагают, что таким образом они решают задачу нахождения точки опоры, с которой они теперь могут как угодно переворачивать мир. И, действительно, мир в модусе феномена можно поворачивать и переворачивать как угодно.

     Именно поэтому в центр философии они ставят не мудрость стремления, то есть собственно философию по ее древнему и действительному определению, а один из ее результатов – декартовское «я мыслю, следовательно, я существую». Академическая философия ставит в центр любой философии один единственный выделенный феномен – феномен рефлексивной процедуры, превращая себя в некое подобие философской церкви со своим божеством и соответствующим этому божеству ритуалом. В рамках этой церкви теперь, с открытием основной формулы современной философии, открывать больше нечего, но нужно распространять открытие по земле, от философов требуется апостольское служение, проповедь трансцендентализма всему человечеству.

     Выделив феномен осознания (когитации) в качестве обязательной исходной точки всякого философствования, современная (в основном западная) философия прекратила свое существование именно в качестве философии, перейдя в разряд идеологии, то есть в разряд тех мировоззрений, которые выделяют отдельные идеи в качестве доминирующих, обязательных для исполнения каждым человеком. Академическую философию совершенно не смущает то обстоятельство, что ни один из значимых современных философов не воспользовался той формулой, которую она рекламирует или навязывает в качестве обязательной для становления философом. Не смущает ее и то, что предлагаемая ею технология философствования нивелирует, если вообще не аннигилирует индивидуальность, уникальность каждого человека.

     Приведу несколько цитат одного из таких академиков от современной философии, Гуссерля:

     «Только себя самого, как чистое ego своих cogitations, удерживает размышляющий как сущее абсолютно несомненно, как неустранимое, даже если бы не было этого мира. Редуцированное таким образом ego приступает теперь к своего рода солипсическому философствованию. Оно ищет аподиктически достоверных путей, следуя которым в его чисто внутренней сфере можно раскрыть объективно внешнее.

     ….философам недостает единого духовного пространства, в котором они могли бы существовать, воздействовать друг на друга.

     …..Естественная почва бытия по своей бытийной значимости вторична, она всегда предполагает трансцендентальную; и поскольку именно к ней приводит нас фундаментальный феноменологический метод трансцендентального «эпохе», он носит название трансцендентально-феноменологический редукции.

     …..ego cogito как трансцендентальная субъективность, аподиктически достоверная и последняя почва суждений, на которой должна быть основана всякая радикальная философия». И т.д., и т.д, и т.д.

     Действительно, какая философия может быть более радикальной, чем та, которая объявляет одну формулу и одно духовное пространство единственным законом для всех?! Как это часто бывает, по какому-то странному закону иронии, наиболее последовательные адепты философии, например, такие, как Гуссерль, наиболее последовательно обнажают самые слабые места почитаемой ими философии, которые эти адепты принимают за ее силу.

     Разве можно всем идти одной дорогой?

     Разве все мы не устроены одинаково по-разному?

     Разве одна мера подходит всем?

     Разве результатом жизни каждого человека должно стать одно и то же действие?

     Разве обязательно редуцировать мир, чтобы установить себя существующим или вообще нечто существующим?

     Разве философу может чего-то недоставать и особенно воздействия на кого-то?

     Впрочем, пора покинуть эту фабрику клонов и обратиться к тому, как действительно живет философия и каковы ее действительные возможности.

X
Загрузка