Русская философия. Феноменология творения 22. Настройка внимания

 

Матрица невыполнимости или недостижимости начинается с ритуальной магии, когда человек стремится достичь некой цели посредством напрямую НЕ относящихся к этой цели действий. Например, принятием галлюциногенов, чтобы впасть в транс, изменённое состояние внимания, в котором возможно то, что невозможно в "нормальном", ставшем теперь нормой типе внимания. Древние люди галлюциногенами не пользовались, это не было им нужно просто потому, что они и так были в этом, привычным для них, но изменённым для нас, состоянии. При этом свойства растений, конечно, были им знакомы, но общались они с ними как живыми существами, а не как со средствами для достижения неких целей.

Ритуальная магия отличается от древней естественной именно специальностью действий: когда всё стало отдельным, для соединения всего требуется особая работа, специфическое усилие.

Специфическое усилие или манипуляция, действие с чем-то одним для достижения чего-то другого. Живая память о растении, например, мандрагоре, которое родственно человеку в его укоренённости в землю, становится основанием не для бытия одним, живым родом, а для использования этого растения для изменения человека, которому требуется, как он думает, восстановление потерянной им укоренённости. Теперь растение – отдельное живое существо, дух, бог (в древнем, начальном значении этого слова). И теперь возможно то, что было совершенно невозможно в древности, – использовать растение как предмет: цветок, плод, стебель, корень, для того, чтобы помочь человеку измениться.

Человек не принимает себя таким, каков он есть, он полагает себя ущербным, нуждающимся в трансформации, перевоплощении. Человек стремится обернуться, возвратиться в себя прежнего – волка, медведя, ворона, красного попугая, озеро, дерево, луну, муравья, ветер.

Древний человек не нуждался в трансформации, перевоплощении, так как не отделял себя от разнообразия рода, здесь было принципиально ложным говорить - "не отделял себя от других членов рода", так как никаких других членов рода не было. Род был одно, целостность, далее неделимая единичность, атом в пустоте, а у атома, как мы знаем, не было частей.

У рода было одно внимание (не пытайтесь это представить, это невозможно, такие феномены можно только мыслить) и, следовательно, одно намерение, в смысле однонаправленность внимания порождала индивидуальную целостность рода, например, один язык! Только не человеческий или звериный, конечно, а один родовой язык, общий и для человека, и для зверя, и для ветра. И один танец, и т.д.

Повторяю, феномены невозможно представить, вообразить, их можно только мыслить, удерживая во внимании всё разнообразие его единства без сведения этого разнообразия к элементарным блокам, как предлагает нам феноменологическая процедура трансцендентальной философии, или редукция. В феномене нельзя сводить что-то одно, даже самое малое и незначительное, к чему-то другому, как кажется, гораздо  более существенному и важному.

В феномене – "всё – равно", поэтому каждый элемент его целостности неразлагаем, несводим и недетерминирован ни чем-то внутренним, ни чем-то внешним. Феномен уже есть как факт и как вселенная, или, пожалуй, наиболее точно – как сфера, некий живой, то расширяющийся, то сужающийся, вибрирующий, ограниченный в себе континуум. Например, сфера солнечного ветра, ограничивающая в себе, но не собой солнечную систему, или сфера, энергетический кокон дубравы.

Такого рода явления, феномены – целостности, единичности – не поддаются ни трансцендентальной, ни аналитической, ни структуралистской и т.д. философиям, поскольку эти феномены принципиально другого типа. К этому ещё обратимся, пока же вернёмся к матрице недостижимости.

Древние не пользовались технологией изменённых состояний внимания, так как их внимание было именно таково, какое пытаются достичь посредством этой технологии. То есть технология изменённых состояний внимания, или психоделия – это технология не древнего, а современного человека!

Ритуальная или психоделическая магия своего предельного развития достигает в религии, которая предъявляет и воплощает матрицу недостижимости или трансцендентности максимально откровенно. В религии, как и в ритуальной магии, постулируется необходимость изменения человека, его преображения, чему начинает подчиняться теперь жизнь этого человека. Человека необходимо спасать от него самого и основой его спасения становится, во-первых, признание им самим необходимости его спасения, так как он воспринимает себя ущербным и не способным жить в ладу с самим собой без помощи извне. Во-вторых, спасение извне, из-за пределов человеческого, из недоступного и недостижимого, трансцендентного.

В религии психоделия перерастает в институт таинств, смысл и решающее содержание которых заключается в изменении, преображении человека. Базовым элементом всего института религии является представление о бессилии, слабости, ущербности, греховности и т.д. человека. Иначе, какой смысл менять его.

Спасение человека – в изменении человека, в отказе им от самого себя, в его стремлении к недостижимому идеалу. Будьте совершенны, как отец ваш.

Направленность движения в матрице трансцендентности – от недостижимого к достижимому, благодать – это всегда "нечаянная радость", так как никакое действие человека, идущее только от него самого, не может быть полностью свободным, наполненным любовью и пр.

Человек не может быть совершенным.

Сделать таковым его может только бог, трансцендентная сила.

Естественным "интеллектуальным" условием устремлённости к недостижимому является удвоение мира, полагание, постулирование другого, вечного, неизменного и т.д. мира, в котором всё займёт причитающееся ему место.

Обращение в прошлое как доминанта внимания формирует отношение к настоящему и к будущему. Настоящее начинает восприниматься как мимолётное, ненастоящее, нестоящее, временное, не оставляющее следа, пустое и т.д., как незначащая ступень к будущему. Эсхатология – это не учение о будущем, а учение о прошлом, которое восстановится в будущем (когда-то, в неопределённое время, "при дверях" может длиться вечно).

Основа ритуальной, психоделической магии и наследующей ей религии – устремлённость внимания человека в прошлое, его стремление измениться, перестать быть собой, стать другим, иным. Понятно, что необходимым следствием непринятия себя становится и непринятие остальных такими, каковы они есть. Отсюда духовное и физическое насилие. Силовое обращение (в обоих смыслах этого слова). Инквизиция – церковный террор.

Социальные движения, возникшие, казалось бы, вне церкви и даже вопреки и в противовес религиям, полностью воспроизводят, воссоздают матрицу недостижимости и поэтому по принципам своего действия идентичны своим врагам – церкви и религии. Таковы, например, коммунизм и национал-социализм.

Если обратиться к находящейся сейчас в локусе моего внимания русской литературе, то одним из основных её мотивов было – вытаскивание человека из матрицы недостижимости.

Толстой прояснял замороченность современного ему человека наличным светским воспитанием и образованием как препятствиями к полноте чувств и мыслей, которые этот человек мог бы и должен был бы переживать. Он спрашивал себя: "зачем?!", если воспитание-образование не дают человеку то, что, например, испытывает простой мужик без всего этого. "Опрощение" Толстого – это до сих пор одна из самых радикальных в русской культуре попыток выйти из ограничений матрицы трансцендентности.

Интерес Достоевского был сосредоточен на другой особенности матрицы недостижимости – на духовном насилии, а именно: насилии над человеком его же собственных впечатлений. Устремлённость внимания человека на неосуществимое оборачивалась для него невозможностью оказывать сопротивление силе собственных впечатлений, которые залегали в основании души, затвердевали там и начинали управлять всей его личностью. Заметьте, не насилие одних по отношению к другим, сильных и возвышенных по отношению к униженным и оскорблённым. Конечно, это было, есть и будет, пока есть общество. И даже не насилие сильных духом по отношению. к слабым. А именно внутреннее, невидимое, незаметное, кажущееся совершенно невозможным и никак не фиксируемое человеком, но крайне цепкое, жёсткое и тотальное духовное насилие его самого над самим собой.

При этом в широком общественном сознании матрица недостижимости полагается до сих пор – величайшим достижением человеческой цивилизации!

Последние публикации: 

X
Загрузка