Про ζώον πολιτικον (Окончание)

(Начало)

 

 

Что делает человека личностью?

Достоинство, свобода, творчество, дух. Но откуда всё это в человеке?

Есть «вечный» спор о том, рождается ли человек личностью или становится ею. Метафизическая, то есть антидиалектическая, рассудочная постановка вопроса делает этот спор бесконечным и потому бессмысленным. С диалектической точки зрения, никакого противоречия тут нет: человек рождается со способностью стать личностью, но эта возможность может стать действительностью только в процессе жизни человека, причем среди людей.

Личность – внутренне противоречивый феномен. С одной стороны, она есть нечто приобретенное, сформированное, воспитанное. Правда, всё это одномоментно (в конфликтной ситуации, а тем более в условиях угрозы жизни или потери социального статуса) может превратиться в личину, маску, которая (увы!) легко срываться под воздействием либо инстинктов и биологических потребностей, либо под давлением социальных обстоятельств, и тогда перед нами – носитель какой-либо социальной функции (чиновник или продавец, кредитор или полицейский, например), а то и вовсе – просто животное. С другой стороны, в своей основе всякая личность исполнена достоинства, которое не имеет какого-либо стоимостного эквивалента. Достоинство – в отличии от капитала и даже чести - не покупается и не продается. Оно не продаваемо. Его можно только утратить, ничего не получив взамен.

Личность по определению – свободна, т.е. она сама себя созидает благодаря своей духовной природе. В своей духовности, или устремленности к чему-то выходящему за пределы сугубо биологических и социально-функциональных характеристик, человек, как в зеркале, то есть опосредованно, наиболее полно, хотя и не абсолютно, являет себе самой собственное трансцендентное Я.

Внешний мир для личности – это в первую очередь мир людей. Всё-таки человек – существо общественное. Хлёсткой фразе Альбера Камю: «Ад – это другие», можно с еще бо̀льшим основанием противопоставить: «Ад – это моё Я». Причем, ад пожизненный, недаром говорят: «От себя не убежишь». Какими бы «адскими» ни были отношения человека с «другими», ад одиночества и тоски гораздо страшнее и мучительнее. Поэтому для человека, как личности, общение – это такая же жизненно необходимая потребность, как воздух, вода, пища и секс для тела.

Потребность в уважении, понимании, соучастии, востребованности и, конечно, потребность любить и быть любимым, переживаемое как личное счастье, в человеке неистребимы до тех пор пока у него есть хоть какие-то душевные и физические силы. На этом же волевом усилии основывается сформулированный И. Кантом высший нравственный принцип отношения к другому как к цели, ради счастья которого человек готов пожертвовать всем, что у него есть, и даже самой жизнью.

Снобизм «аристократического» одиночества, затворничество, отшельничество и даже мизантропия возможны только потому, что к моменту якобы добровольного ухода в свой замкнутый мир (за этим, как правило, стоят конкретные проблемы, которые человек в силу разных причин просто не в состоянии решить) человек уже заполнил его до предела опытом прямого или опосредованного (через формы культуры) общения с другими людьми. Он уже и растратился на других, и одновременно «подзарядился» от них и живет этим (или проедает). Просто предел «батарейки» у каждого человека свой. У кого побольше, у кого поменьше.

Социальные отношения, как взаимодеятельность и взаимоопределяемость людей в пределах социума, базируются в первую очередь на волевых усилиях людей. Воля, присущая человеку, как субъекту социально-исторического бытия, являет себя как осознанное и предметно-конкретное целеполагание и целеустремленность, а не просто желание жить и удовлетворять свои биологические потребности.

Поскольку социальная общность предстает перед человеком как система ограничений, запретов и предписаний, закрепленных в неписанных законах или оформленных законодательно, она всегда в явной или скрытой форме вызывает и протест, и негодование, и страдание. Но эта же репрессивность социально-исторического существования порождает в человеке потребность, которой нет у животных, – потребность в личной свободе и независимости, решимость добиваться этого всеми доступными ему средствами.

Поскольку аналогичное стремление есть и у других субъектов общества, то стремление к личной свободе неизбежно оборачивается стремлением подчинить волю других своей собственной. Эта воля к власти под другими обнаруживается уже в ребенке, неосознанно требующего от родителей исполнения его желаний и прихотей. Взрослый же человек стремится – через подчинение воли других – властвовать осознанно.

Масштаб притязаний на власть у каждого свой. Он зависит и от природного темперамента человека, и воспитанных социальной средой амбициями и характером, и от социального статуса, полученного человеком либо при рождении, либо обретенным в течении жизни. Степень властолюбия у некоторых доходит до обожествления себя как носителя исключительной и даже верховной власти над людьми. Последнее может произойти не только с диктаторами, но и с любым человеком, занимающим какую-нибудь совсем маленькую должность (так сказать, «синдром вахтера»).

В системе властных отношений человек относится к другому человеку исключительно как к средству, а не цели. Отсюда известный аморализм всякой власти и права, их безжалостность и даже бессмысленная жестокость. Само существование и противопоставление понятий “de facto” и “de jure” свидетельствует о неизбывной ущербности права, его антагонизме по отношению к человеческой сущности. Отсюда – вечный внутренний и внешний анархизм человека, принимающий самые разные формы: от романтического (в духе идей князя Кропоткина) до русского бунта «бессмысленного и беспощадного».

Властвующий рассматривает других как вещи, находящиеся в его личном распоряжении. А поскольку речь идет о живых существах, то властные притязании распространяются главным образом на силы и время  других. Это неизбежно порождает в других протест, принимающий самые разные формы: от молчаливого неудовольствия до открытого неповиновения и борьбы с деспотом вплоть до его полного физического уничтожения.

Таким образом, воля в социально-историческом бытии человека реализуется и переживается личностью крайне противоречиво: как стремление к душевной слиянности с другими, растворенности в них и одновременно как стремление к власти над ними. Это, кстати, в полной мере относится не только к семейным или политическим отношениям, но даже  отношениям любовным.

Мир человеческих взаимоотношений, закрепленный посредством памяти, предстает перед каждым не меньшей реальностью, чем мир его физического и биологического существования. И так же, как мир физический, данный нам чувственно, оказывается для нас не только хронотопом нашей жизни, но и пределом нашей деятельности и переживаний.

Переживание пределов наших возможностей оказывается тем острее, чем с большей открытостью, доверием, интуитивным, или априорным, ожиданием человек, вступая в мир других, ждет исполнения своих желаний, интересов и устремлений. В даосизме этот принцип жизни людей – доверие – называется принципом Цзы Жань.

Не только политика, и но и сама жизнь в целом оказывается для человека «искусством возможного». Посредством этого искусства – через разочарования, страдания, унижения и негодования, дисциплину и самоограничение, душевный труд над самим собой – личность самоопределяется как субъект социального бытия с бесчисленным  «набором» социальных функций, возможностей, «компетенций» и умений.

Поскольку все люди разные, как различны и обстоятельства их жизни, результат такого самоопределения может быть самый разный: от удовлетворительного и даже феерически успешного до весьма плачевного, если не сказать трагического. Для кого-то социальная роль становится его призванием и счастьем, способом реализации своего таланта. Его интерес становится для него основанием энтузиазма, вдохновения, подвижничества и даже подвига, поводом для трезвого оптимизма. Для кого-то, напротив, социализация в целом и коммуникабельность в особенности, дело крайне мучительное. Те трудности, с которыми сталкивается всякий другой человек, у него оборачиваются личными драмами и даже трагедиями.

В силу разных причин (преимущественно связанных с психическим здоровьем и проблемным воспитанием), не способные к дисциплине, преодолению собственного эгоизма и противостоянию эгоизма других, такие люди не могут отстаивать и реализовывать собственный интерес, подменяя его разного рода суррогатами (вроде мании величия, «сверхчеловечености»). Как итог – аутсайдерство, пессимизм, неприятие жизни, отчаяние, ненависть ко всему и вся, ориентация на разрушение неприемлемого для них мира людей, положение проклятого изгоя и даже суицид. Впрочем, это, как всегда, крайности. На самом деле в каждом человеке намешено всё: и сила воли, и ее слабость, и энтузиазм и пораженчество. Можно говорить лишь о каких-то доминантных характеристиках поведения человека в той или иной конкретной ситуации.

Воля человека находит свое воплощение и свой «причал» в чувственности. Чувственное удовлетворение – цель и смерть волевых устремлений. И только еще не исчерпанный до конца жизненный потенциал тела заставляет нас вновь и вновь желать еще чего-либо. Чувственные потребности человека, обусловленные его биологической природой, являются базовыми для потребностей социальных. Как писали древние, в процессе развития человечества к необходимым потребностям добавляются полезные, затем приятные, а потом уж и вовсе избыточные. Разумеется, критерии разделения этих потребностей в разные эпохи разные.

Электричество, наличие автомобиля или компьютера – всего того, что еще относительно недавно едва ли было предметом первой необходимости, для современного человека – это не только вопрос комфорта, но и вопрос о средствах существования в современной цивилизации, но вместе с тем и опасность, с одной стороны, снижения уровня его физической выживаемости; с другой – духовной  деградации. Наиболее выразительно эта проблема социального бытия человека сформулирована Эрихом Фроммом: «Быть или иметь», от решения которой зависит целеполагание и система ценности как отдельного человека, так и общества в целом.

Конечно, здравый смысл (как социальная форма рассудка) способен как-то оптимизировать уровень потребления современного человека, уберегая его от превращения в раба вещей и «машину желаний», способных превратить его в бесконечно потребляющее животное. Однако сам по себе рассудок – в силу присущей ему односторонности – не в состоянии решить эту, как и многие другие социальные проблемы, кардинально.

Односторонность рассудка (формальной логики) вообще способна завести человечество и каждого человека в безвылазную трясину не только в сфере потребления, но и в производстве, в социальной сфере, в области политики и права. Глупость во всех ее проявлениях (вплоть до параноидальной маниакальности), как правило, очень логична. Так, например, казалось бы благое намерение всё и вся регулировать с помощью права, может легко обернуться параличом жизни общества в целом, законопослушного человека превратить в нежизнеспособное существо, не способного к поиску должного ответа в ситуации исторического вызова.

Сама по себе логика, как совокупность общих правил мышления, бессильна в решении нестандартных проблем. Человек не смог бы выжить без того, что И. Кант называл способностью мышления – способностью применять общие законы логики к конкретной ситуации. В социальном бытии, или практической жизни, способность мышления проявляется как смекалка или способность находить нестандартные решения острых жизненных проблем. Именно эта способность обеспечивает прагматизм, как стремление извлечь пользу из любой ситуации. Неслучайно философия прагматизма вот уже почти два столетия лежит в основе внутренней и внешней политики самой мощной державы мира США.

Впрочем, как и рассудок, сама по себе способность суждения не может обеспечить ни рая на земле, ни святости души. Более того, прагматизм легко оборачивается изворотливостью, цинизмом, жадностью, беспардонностью, лживостью, лицемерием и насилием по отношению к другому со всеми трагическими последствиями как для другого, так и для самого прагматика. Вплоть до варварского разрушения человеческой цивилизации и «расчеловечивания человека» (термин, придуманный в годы гражданской войны одесситом, философом-проходимцем Георгием Гурджиевым).

Но и прекраснодушное воображение, рисующее возможность построения рая на земле, обеспечения абсолютной безопасности людей, удовлетворения всех материальных потребностей человека и абсолютный психологический комфорт каждого – это всё те же благие намерения, которыми устлана дорога в ад, во «Вселенную 25» [17]. Речь идет об экспериментах под этим названием на крысах и мышах американского этолога Джона Кэлхуна (1917-1995). В частности, о том, как искусственное создание «райских» условий для жизни и размножения мышей всякий раз заканчивались для них «адом»: «смертью духа», поэтапной деградацией, утратой инстинкта размножения, «каннибализмом», а затем и полным вымиранием.

Как ни банально это звучит, но «счастье может быть только трудным». В противном случае неизбежна деградация человека и человечества вплоть до его полного физического вымирания. И даже рисуемое человеческим разумом идеальное государство (например, Платона, Т. Мора или Т. Кампанеллы) чревато развязываем кровавой войны как средства его установления, а также построением нечеловеческой конструкции-казармы, в которой человек как таковой перестает существовать: есть лишь зомбированные носители строго определенной социальной функции.

Но мечта о счастье, «отравляющем миры» [6], о лучшей доли неистребима. К счастью (извините за невольный каламбур), помимо воли, интуиции, чувственности, памяти, воображения, рассудка и способности суждения человеку присущ еще и разум. Благодаря ему человек продуцирует понятия, идеи и идеалы, предмет которых хотя и не может быть дан в чувственном опыте, но этого они не становятся менее реальными для человека: ведь в чувственном опыте не даны и математические отношения, однако никто на этом основании не считает их химерой человеческого сознания.

В человеке разум выполняет функцию коррелята тем идеальным интегрирующим основаниям социума, благодаря которым возможно само социальное бытие как таковое; более или менее адекватное (по крайней мере, правдоподобное) отображение этих оснований в сознании человека; практическое единство личности и той общности людей, которая эту личность сформировала; наконец, становится возможным различие в рамках тождества личности и «совокупности общественных отношений», благодаря которым личность всегда остается автономной по отношению к социуму.

Говоря об интегрирующих основаниях социума, мы имеем в виду общие для всех членов сообщества интересы, язык с его понятийно-смысловой стороны, систему ценностей, морально-правовые предписания, обычаи и традиции, духовную культуру в широком смысле этого слова, включая знания, искусство, религию. И, конечно, общую для членов сообщества историю.

Благодаря памяти событийность человеческой жизни сплетается в каждой личности в неразрывную историческую (как коллективную, так и личную) цепь. Всё это обеспечивает действительное, а не иллюзорное бытие всякой общности людей, их солидарность, понимание и сопереживание, безусловность естественного права на жизнь как рода, так и индивида и даже житейскую мудрость.

Кроме того, разум человека способен продуцировать идеи, которые выполняют функцию практического регулятива. Так, упоминавшаяся теория идеального государства Платона, конечно, никогда не может стать реальностью, но, как заметил Кант, она ориентирует законодателей принимать такие законы, которые способствовали бы совершенствованию действительно существующих государств в сторону идеала [9, c. 346]. Парадокс состоит в том, что без ориентации на неосуществимый на практике идеал, принятый закон либо вообще «не работает», либо оказывается для общества «костью в горле».

Вместе с тем благодаря разуму человек осознает, а благодаря чувствам переживает то, что всякая общность ограничена экстенсивно (по масштабу) и интенсивно (по степени сплоченности), а потому неизбежны всевозможные конфликты как внутри общности, так и между различными общностями по этническому, языковому, религиозному, расовому, имущественному, политическому, идеологическому, территориальному и иным основаниям. И тогда сакральное для одних оказывается богомерзким для других, естественное право на жизнь оборачивается «естественным правом» на смерть другого, солидарность – разобщенностью, а мудрость – слепой ненавистью. И лишь одно остается неизменным и самотождественным, как платоновская идея, – человеческое Я.

Как бы ни терзался человек противоречивыми побуждениями, сомнениями и тайнами, как бы ни страдал от репрессивности социального бытия, отчужденности и невозможности полной (или желаемой) реализации своей сущности, только человеческое Я способно обеспечить уникальность и автономность личности, обладающей достоинством, свободой, волей к творчеству, верой, надеждой и любовью.

 

_________________________

1. Ибн Сина. Избранные философские произведения. – М.: Наука, 1980. 552 с.

2. Аристотель. Никомахова этика. [Электронный ресурс] /Аристотель. URL: https://vk.com/doc182943675_424398754?hash=70a04530792da6b1b1&dl=2bcb39d... (дата обращения: 27.11.16).

3. Аристотель. Политика[Электронный ресурс] /Аристотель. URL: http://pstgu.ru/download/1180512155.aristotel.pdf(дата обращения: 27.11.16).

4. Беляков, Е. Один процент самых богатых людей владеют половиной мира[Электронный ресурс] / Е. Беляков. URL:http://www.amur.kp.ru/daily/26481.5/3351655/ (дата обращения: 27.11.16).

5. Гегель, Г.Ф.В. Сочинения. Энциклопедия философских наук. Т.3[Текст] / Г.В.Ф. Гегель.  М.: Государственное издательство политической литературы, 1956. 372 с.

6. Гумилев, Н. Волшебная скрипка[Электронный ресурс] / Н. Гумилев. URL:https://gumilev.ru/verses/204/ (дата обращения: 27.11.16).

7. Ильенков, Э.В. Идеальное[Электронный ресурс] / Э.В. Ильенков. URL: http://caute.ru/ilyenkov/texts/enc/ideale.html(дата обращения: 27.11.16).

8. Кант, И. К вечному миру[Электронный ресурс] / И. Кант. URL: https://www.civisbook.ru/files/File/Kant_K_vechnomu_miru.pdf(дата обращения: 27.11.16).

9. Кант, И. Критика чистого разума[Текст] / И. Кант. М.: Издательство мысль, 1994. 591 с.

10. Луман, Н. Власть [Текст] / Н. Луман. М.: Праксис, 2001. 256 с.

11. Маркс, К., Энгельс, Ф. Сочинения. Т.1[Текст] / К. Маркс, Ф. Энгельс. М.: Государственное издательство политической литературы,1955. 723 с.

12. Маркс, К., Энгельс, Ф. Сочинения. Т.3[Текст] / К. Маркс, Ф. Энгельс. М.: Государственное издательство политической литературы,1955. 650 с.

13. Маркс, К., Энгельс, Ф. Сочинения. Т.13[Текст] / К. Маркс, Ф. Энгельс. М.: Государственное издательство политической литературы,1955. 723 с.

14. Маркс, К., Энгельс, Ф. Сочинения. Т.27[Текст] / К. Маркс, Ф. Энгельс.  М.: Государственное издательство политической литературы,1962. 746 с.

15. Парсонс, Т. О структуре социального действия[Текст] / Т. Парсонс. М.: Академический проект, 2002. 880 с.

16. Прокофьев, А.В. Война всех против всех[Электронный ресурс] / А.А. Прокофьев. URL:  http://iphras.ru/enc_eth/103.html (дата обращения: 27.11.16).

17. Соловьев, Ю. Управление. Консалтинг. Тренинги для руководителей. [Электронный ресурс] / Ю. Соловьев. URL: http://fintuning.ru/kak-raj-prevrashhaetsja-v-ad-ili-ehksperiment-vselen... (дата обращения: 27.11.16).

18. Смирнова, Н.М. Жизненный мир [Электронный ресурс] / Н.М. Смирнова. URL: http://iphras.ru/elib/1101.html (дата обращения: 27.11.16).

19. Спиноза и Лейбниц[Электронный ресурс]. URL: http://philosophy.2323.ru/lekcii-novoe-vrema/gotfrid-lejbnic(дата обращения: 27.11.16).

20. Столпы деградации современного общества [Электронный ресурс]. URL: http://pikabu.ru/story/stolpyi_degradatsii_sovremennogo_obshchestva_4264589 (дата обращения: 27.11.16).

21. Феноменология восприятия [Электронный ресурс]. URL: http://dic.academic.ru/dic.nsf/history_of_philosophy/570/ФЕНОМЕНОЛОГИЯ (дата обращения: 27.11.16).

 

X
Загрузка