Понимание культуры Мераба Константиновича Мамардашвили: фашизм или спинной мозг?

 

В статье, обращаясь к выражению грузинского философа Мераба КонстантиновичаМамардашвили– «фашизм - это торжества культуры», рассмотрено понимание культуры Мамардашвили. В работе противопоставлены две, кажущиеся противоречивыми, характеристики культуры, в которых, с одной стороны, культура приравнивается к фашизму и нацизму, а, с другой стороны, она сравнивается со спинным мозгом, который служит необходимым основанием обеспечения жизнедеятельности человека. В статье поставлен вопрос о тонкой и неуловимой грани между тем, где культура является механизмом, созданным человеком, и где механизмом, его создающим, и где она становится чем-то нетематическим – оковами.

 

Введение

Философ грузинского происхождения Мераб Константинович Мамардашвили (1930-1990) был своеобразным феноменом Советского Союза и советской философии. Благодаря своей манере философствования, а также западной ориентации взглядов, он в последние десятилетия своей жизни приобрел множество единомышленников и последователей. Один из них – латышский философ, ученик Мамардашвили, Андрис Рубенис, в своих воспоминаниях пишет: «М.Мамардашвили открыл нам – людям, слушавшим его лекции, участвовавшим в совместных семинарах и конференциях, и т.д., - тип мыслителя, о котором читали лишь в учебных книгах по философии, а именно, он мало писал, но много думал, к тому же, делал это публично.» [Рубенис 1994, 7]  По причине данного аспекта Мамардашвили именуют также грузинским Сократом.

Специфика публичного мышления грузинского философа является аспектом, который несет за собой известные последовательности, которые, главным образом, связаны с разными недоразумениями и с вопросом, как понять философию данного философа? Затруднения порождает обстоятельство, что интеллектуальное действие Мамардашвили не имеет характерной систематической, академической формы изложения, причиной чего является именно стиль его философствования, который характеризует, как уже упомянуто, публичная мысль (упомянуты исключения[*]).

Приближаясь к главному вопросу, заявленному в заголовке данной статьи относительно понимания культуры Мамардашвили, следует указать, что интерес его рассмотрения возникает именно из-за упомянутых сложностей. Они, в свою очередь, возникают из-за того обстоятельства, что записи лекций и разных публичных выступлений являются тем, что составляет большую часть текстового корпуса Мамардашвили. Написанное слово от произнесенного отличается не только видом его изложения, но и средствами выражения, акцентами, темпом и т.д. Лекции Мамардашвили по большей части являлись свободной импровизацией. Это значит, что, во-первых, в изложении не может быть до конца отточен язык изложения, со всех сторон и аспектов произведен анализ; во-вторых, акценты изложения расставляются соответственно по постановке рассматриваемой темы; наконец, в-третьих, в рассказе могут появиться разные отступления, эмоциональные высказывания или даже провокации. Именно эти факторы являются теми, которые при прочтении каких-либо отдельных лекций или их пассажей Мамардашвили не редко заставляют обращаться за дополнительными пояснениями.

Исходя из ранее упомянутых сложностей, следует указать, - целью данной статьи, обращаясь к пояснению одного смущающего философского пассажа Мамардашвили, является попытка понять понимание культуры грузинского философа, обратив основное внимание именно на вопрос, касающийся отношений человека и культуры.

 

Культура – сущность фашизма

Вопрос о понимании культуры Мамардашвили в современных Латвийских философских дискуссиях на чтениях Мамардашвили, прошедших в 2010 году в Риге, актуализировал латышский философ Рихард Кулис. Его прочтенный реферат «Априори культуры: оковы или свобода?», к сожалению, не опубликован, и свидетельства о нем сохранились лишь в виде аудио файлов в личных архивах энтузиастов.

Свою речь Рихард Кулис структурировал вокруг провокационного и перефразированного выражения Мамардашвили, которое в интерпретации Кулиса звучало как – «культура – это сущность фашизма». Вероятнее всего, судя по контексту и тематике, Кулис перефразирует пассаж, который грузинский философ высказал на курсе лекций «Очерк современной европейской философии». Точно данное выражение звучит следующим образом: «Предельным выявлением возможностей культуры как таковой, то есть как машины, действующей в том числе и через символы, организующие массовую волю, был фашизм, или нацизм. Это – явление торжества культуры.» [Мамардашвили 2010, 269] 

Кулис в своей речи предлагает слушателям не воспринимать буквально высказывания философов, указав, что следует задаваться вопросом: «но что он под этим подразумевал»? Кулис полагает, что ответ на данный вопрос найти весьма легко. Латышский философ поясняет это через схожесть с выражением французского экзистенциалиста Жана Пола Сартра «Я бы с удовольствием сжёг Мону Лизу» [Сартр1973, 15]Но что Мона Лиза сделала Сартру? Если Мона Лиза становится оковами, если она ограничивает наш свободный активный дух, наше стремление к творчеству, тогда от нее следует избавиться. И в отношении Мамардашвили – схоже. Если что-либо в человеческом существовании, в мире, который человек сам создал, становится оковами, тогда культура в определенной форме проявления является тоталитаризмом, фашизмом или нацизмом.    

Беря за основу ранее заявленную Мамардашвили характеристику культуры, далее через выражения самого философа постараемся понять каково понимание культуры Мамардашвили.

Итак, как известно, нацизм и фашизм были идеологиями 20 века, которые выступали за расизм, антисемитизм, тоталитаризм и т.д., что в итоге привело к холокосту и в большой мере способствовало началу самой разрушительной трагедии человечества – Второй Мировой войне. Видно, что говоря о фашизме и нацизме как торжестве культуры, через своеобразный оборот слово «культура» наделяется негативным значением.

Актуализированное сходство культуры с идеологией Мамардашвили приближает основываясь на понимание культуры как какого-то организующего, регулирующего механизма. Через культуру так же, как через идеологию, достигается направление мыслей и мнений людей. Говоря иными словами, культура для Мамардашвили является какой-то нормативной зависимостью. Он поясняет: «Культура есть организация массовых состояний и воли, эмоций, мыслей и так далее через человеком же созданные символы.»[Мамардашвили 2010, 269]Как идеология, так и культура осуществляет организацию данных состояний масс, однако разница в том, что идеологические установки обычно определены эксплицитно, а нормативные зависимости культуры гораздо глубже, незаметнее, изощреннее – их рефлектированную дескрипцию получают лишь в достижениях культорологов, философов и других интеллектуалов.

То, что Мамардашвили заставляет смотреть на культуру со скепсисом, - вопрос индивидуальности лица, которое не может ограничиться лишь процессом культуризации, социализации и впитыванием норм. 

В качестве противопоставления данным процессам мы можем разделить три связанные  между собой и важные в философии Мамардашвили концепта – мысль, усилие и трансцендентность.

Под мыслью Мамардашвили понимает особое состояние или акт, организованный в человеке определенным образом. Это проявляется как личный, уникальный внутренний опыт человека. В курсе лекций «Очерк современной европейской философии» Мамардашвили выделяет две противоположности – мышление иоколомыслие*(интересно, что термин околомыслие употребляется как синоним слову культура).Он говорит: «Культура – это то, как мы можем усваивать по мерке наших способностей, те мысли, какие есть.» [Мамардашвили 2010, 267]Мысля в рамках каких-либо заранее созданных понятиях осуществляется околомыслие.  Например, мы можем говорить о Платоне и о платонизме, о Гегеле и гегельянцах, о Канте и кантианцах и т.д. Имеется совокупность каких-либо взглядов или идейная суть, у которых появляются последователи и, следовательно, через свою приверженность им, если не осуществляются какого-либо рода трансформации основного положения, они осуществляют околомыслие. Схоже и культура как символы, созданные самим человеком, предусматривает процесс культуризации, в результате которой и околомыслие.

Однако, говоря о мысли, философ поясняет: «В естественной природе акта, состояния мысли, состояния сознания не содержится возможности дления этого состояния.[...] Если какой-то акт истинен или мысль истинна, совершенна, то, следовательно, она поддерживается и непрерывно возрождается волей.» [Мамардашвили1993, 42]Говоря иными словами, мысль удерживается усилием. Мысль является личностным опытом и человеку суждено выпадать из состояния данного опыта. Возвратиться назад в него можно лишь применив усилие, через особое напряжение сознания. 

Все человеческие качества и созданные человеком ценности и вещи – те, которые он создает в результате своих действий. Язык, традиции, нравственность, искусство и т.д., являются порождением человека, которые, по мнению Мамардашвили, так же, как и мысль, не существуют по каким-то механизмам, заложенным природой. Человек все это создает и поддерживает так же, как и мысль, – через усилие.  

Однако, можно спросить, для чего нам эта мысль, для чего культура и для чего усилие – для чего человеку такие сложности, если они требуют напряжения? Мамардашвили отвечает: «Есть какие-то прирастания к человеку, через которые, живя с которыми, заботясь о которых, человек только и может быть человеком, а предоставленный сам себе, своим биологическим, природным способностям понимания, действия и так далее, человек – чушь какая-то, ничто».[Мамардашвили2010, 270]А именно, усилие существования человека Мамардашвили связывает на онтологическом уровне, указывая, что без человеческого труда нет человеческого существования. Он поясняет: «Следовательно, онтологическое устройство бытия воспроизводит себя лишь с включением нашего усилия, когда, во-первых, мы становимся другими, чем были до этого, и, во-вторых, приходим к этому нашим непрерывным продолжением самих себя».[Мамардашвили 2011,104 – 105.]Следовательно, усилие обеспечивает не только продолжительность человека и человеческого существования, но и предусматривает также его трансформацию, конверсию.

В свою очередь, здесь мы приходим к тесной связи усилия и трансцендентности (с латинского «transcendentia»перешагивающий, выходящий за пределы).В своем курсе лекций«Введения в философию» трансцендентность Мамардашвили выделяет как особую как философию, так и определяющее людей действие. Он указывает: «Те основания, которые мы под себя как бы подкладываем, чтобы стать людьми, ищутся через выхождение за свои собственные природные рамки и границы. Вот это выскакивание человека за естественный, природой регулируемый ход событий, этот акт и стал называться трансцендированием.» [Мамардашвили1996, 24]

Под естественным Мамардашвили не подразумевает поля после недавнего дождя или чириканье птиц в лесах. Разница между естественным и неестественным или человечным действием – в пассивности и активности. По мнению Мамардашвили все, что происходит пассивно, происходит естественно. Например, физиологически в данном понимании естественным является сердцебиение. Человеку не нужно прилагать особые усилия, чтобы оно осуществлялось – это происходит пассивно. Следовательно, все неестественное – это то, что предусматривает осознанную активность человека или усилие.

Также, думая о существовании человека в какой-то культуре, а также в определенных культурно-исторических обстоятельствах, можем говорить об усилии в понимании себя и ситуации, а также о ее преодолении. Наглядно, вероятно, человека и его действия можно пояснить в таком историко-социальном духе. С одной стороны, учитывая принадлежность индивида к какой-то конкретной общине и ее обычаям, с другой, - учитывая конкретную социально-экономическую ситуацию и интересы. Вроде как этим факторам следует определять мировоззрение индивида, видение мира, ценности, отношения и т.д. Однако, как известно, это так не работает. Мамардашвили полагает, что человека характеризует личностные поступки, а не действие, определенное обстоятельствами. Человека определяют действие, осуществленное на собственный риск и ответственность, у которого, на самом деле, нет другого основания, как само действие. Это означает, говоря на терминологии марксизма, перешагивание через объективные исторические обстоятельства. То есть личный поступок есть в философии, искусстве и культуре. Поэтому Мамардашвили поясняет: «В ХХ веке проблема „антикультуры”(назову ее так) – в этом смысле, скажем, философия есть антикультурная деятельность, мысль есть антикультурная деятельность, наука есть антикультурная деятельность, личность есть антикультурная явление».[Мамардашвили2010, 268]Все эти действия являются антикультурными, поскольку они трансцендируют актуальную данность, преодолевают устаревшие традиции и т.д. Это процесс активного творчества, в котором Мамардашвили на передний план выдвигает индивида и его действие.

В данном контексте подразумевается, что культура может стать оковами, шаблоном, который полностью формирует мышление человека, его восприятие, действия и т.д., а также, возможно, исключает творчество. В понимании Мамардашвили это означает необходимость преодоления этого. В дополнение следует акцентировать, что, как уже выяснили, сравнение культуры с фашизмом и нацизмом произведено по сходству с идеологией и ее способностью формировать мнения людей и действия в каком-то определенном направлении.  Данная иллюстрация считается весьма яркой, поскольку наглядно демонстрирует, к какому абсурду, нонсенсу и ужасу может околомыслие привести человечество.

Однако, следует сказать, что в данном видении культура приобретает очень негативный окрас, оно ставит ее в ничтожную позицию. Из такого радикального мнения могут следовать разные абсурдные выводы. Что нам делать с духовным наследием, которое могло бы задать какие-либо стандарты, например, литературного языка или философской мысли? Что делать с Райнисом, с Ояром Вациетисом,*Теодором Целмом, Зентой Мауриня**и многими другими?Оплевать, отвергнуть, сжечь работы, если эта традиция и наследие – такое зло?Вероятно, Мамардашвили не стал бы агитировать на такие вещи, и слишком смелым было бы также предположить, что адекватный человек мог бы иметь такие крайности в мыслях, если только его целью не является шокировать. Здесь уместно вспомнить проиллюстрированную в ведении специфику философии Мамардашвили и следующие из нее особенности, поэтому, смотря на вопрос шире, а также ища большую ясность, обратимся к другим пассажам философии Мамардашвили.    

 

Культура как спинной мозг

 В своем курсе лекций «Вильнюсские лекции по социальной философии»или«Опыт физической метафизики» философ поясняет: «Право, законность, искусство и так далее являются сложными продуктами цивилизации, изобретением и, будучи изобретенными, являются органами нашей жизни. В них, если они есть, воспроизведутся в нас определенные человеческие качества». [Мамардашвили 2009, 88]Вопрос о различиях и сути понятий «цивилизация» и «культура» - проблема теоретиков культуры, что является отдельным вопросом. Обращаясь же к Мамардашвили, следует сказать, что сам философ в данном контексте на первый план выдвигает общие понятия, а именно, «вторая природа», либо «второе рождение», обозначив этим результаты деятельности человека, в отличие от «первой природы», от естественных вещей. Говоря об определении мира, созданного человеком, Мамардашвили указывает: «Есть десятки названий, которые употребляются в социологии, в журналистике и в прочих милых занятиях, и я их употреблять не буду, потому что это сама по себя бесконечная тема, а нам нужны философские проблемы.»[Мамардашвили 2010, 359]А именно, Мамардашвили отстраняется от разматывания особых нюансов в терминов, выдвигая на первый план именно суть усилия человека и результаты, порожденные им, которые и обозначаются такими понятиями, как цивилизация, культура и т.д. Следовательно, исходя из данных доводов, было бы оправданным принятие того, что под продуктами цивилизации, упомянутыми в начале раздела, следует понимать также культуру.    

Сравнивая процитированный в начале раздела пример с выражениями, проанализированными в предыдущем разделе, в которых фашизм был назван тожеством культуры, четко видна переориентировка оценки. Культура больше не сравнивается с одним из самых больших разрушений 20 века, а совсем наоборот воздвигается на почетное место, указывая, что она несет существенную ответственность за человеческие качества.

Курс лекций «Опыт физической метафизики»(1981)  Мамардашвили прочитал лишь через два года после курса лекций «Очерк современной европейской философии»(1978-1979). И, следует спросить, действительно ли в этот короткий промежуток времени могли произойти столь существенные изменения ориентации ценностей? В этом можно усомниться. 

Постараемся понять, что именно Мамардашвили подразумевал под выражением из «Опытафизической метафизики»и как это совместимо с пассажами о фашизме и нацизме. 

В других местах на лекциях «Вильнюсские лекции по социальной философии» Мамардашвили указывает: «А я хочу сказать, что искусство, философия и так далее являются не добавками к нашей в остальном прагматической жизни, а органами производства и воспроизводства нашей жизни, той жизни, в которой мы живем.» [Мамардашвили 2009, 84-85]Следует указать, что в цитате отображается мысль, довольно схожая с той, что в пассаже, который упомянут в начале данного раздела, однако, в дальнейшем раскрытии, ставя многоточие, она дополняется представлением об органах, создающих жизнь человека, причём помимо искусства и философии выделяется ещё государство, мораль, судебная система, наука и др. 

Относительно применения метафоры «орган» Мамардашвили ссылается на Карла Маркса [Мамардашвили 2009, 85]который, как известно, в своих идеях был под впечатлением также от Чарльза Дарвина. Подобно человеку, у которого каждый орган осуществляет свою функцию, например, сердце осуществляет кровообращение, легкие доставляют в тело кислород, так каждая отдельная социальная форма осуществляет свою функцию (искусство свою, наука свою и т.д.), делая мир пригодным для проживания человека. Все органы вместе взятые образуют систему, в ней человеку дается возможность создавать отношения с другими, получать собственный опыт (развивать индивидуальность) и, в конце концов, становиться человеком в целом.

Следовательно, здесь идёт речь, с одной стороны, о совокупности каких-то социальных форм, либо, как было упомянуто ранее, о совокупности продуктов цивилизации, и, с другой стороны, о процессе социализации, культуризации в совокупности этих форм или продуктов. Без социализации в каком-либо определенном обществе, его культуре, следовало бы говорить о так называемом «Синдроме Маугли». Человек, выросший среди животных тоже вел бы себя, как животное. Это существо не смогло бы нормально социально взаимодействовать с людьми, имело бы ограниченные способности к речи или вовсе не имело бы их, а также было бы духовно не развито.    

Поскольку человек свои человеческие качества иначе, как путем социализации, приобрести не может, культуру Мамардашвили условно именует спинным мозгом. Обозначение «спинной мозг» в данном контексте употребляется в качестве метафоры, противопоставляющей его головному мозгу. Одна из главных функций, которую осуществляет спинной мозг, связана с рефлекторной функцией, обеспечивающей соматические рефлексы, а также воздействующей на вегетативные рефлексы, которые, в свою очередь, влияют на сердцебиение, скорость дыхания, кровяное давление, а также на активность процессов переваривания. Культура в человеке как существе, вовлеченном в общество, осуществляет такую же функцию, как спинной мозг в организме человека, а именно, координацию и реализацию каких-то нерефлексированных и, в нормальном случае, неконтролируемых, совершенно необходимых, но, все же, не имеющих достаточного основания, функций. В данном контексте, говоря о культуре, Мамардашвили на первый план выдвигает именно ее организующую функцию. Он поясняет: «Культура есть существование массовых институтов, норм, законов, которые формальны и максимально механизированы, и какая-то возможность людей жить вместе воспроизводится, иначе они пожрали бы друг друга».[Мамардашвили 2010, 268]Говоря иными словами, без культуры был бы хаос, непорядки, варварство, в котором нормальная жизнь была бы невозможна. Философ акцентирует, что функция государства и культуры – не создать рай на земле, а быть этим спинным мозгом, базой мира и порядка. Через обычаи, нормы морали, формы управления и т.д., устоявшимися в культуре, создается среда, в которой человек может чувствовать себя в относительной безопасности за свою жизнь. В свою очередь то, что он позже будет делать со своей личной жизнью – это лишь его ответственность. 

Головной мозг, по сравнению со спинным мозгом – это уже нечто с более высокого уровня орагнизации (но они друг без друга не могут обходиться). С его помощью человек с положения, в котором он находится, старается приобретать опыт и выуживать из него какой-то смысл. Мамардашвили акцентирует: «В человеке есть какие-то решающие для человеческой судьбы вещи, зависящие не от того, как организовано общество, а от некоторого личностного развития самого человека».[Мамардашвили 2010, 359-360]А именно, Мамардашвили делает наибольший акцент на самого индивида, на его собственные страхи, риск и усилие это преодолеть. Как уже в предыдущем разделе было выяснено, не достаточно впитывания данных извне культуризацией и социализацией гуманных норм и идеалов. Человек сам должен приобрести свой собственный опыт, пережить свои внутренние акты, свои мысленные состояния и рефлексию. В свою очередь, рефлексия уже этимологически с латинского  reflexio(обращение назад)предусматривает наличие каково-то дистанцированного видения. Мы обращаемся назад к культуре, обращаемся назад к себе и через это действие одновременно реализуем акт трансценденции. При осуществлении подобных актов происходит переход к индивидуальным, личным и живым актам, которые, по мнению Мамардашвили, являются единственной возможностью настоящего существования. 

 

Заключение

 По выше произведенному анализу можем заключить, что Мамардашвили смотрит на культуру двояко. С одной стороны, он ее условно именует «спинным мозгом», исполняющим функцию опоры, служа, в результате долговременной деятельности человека, искусственно созданным, духовным, моральным, нравственным и правовым гарантом ценностей, но, с другой стороны, Мамардашвили на первый план выдвигает индивида, его индивидуальность и его личную ответственность за эти вещи, указывая, что, наоборот, необходимо их преодолеть, таким образом подтверждая развитие, творчество и жизнь.  

Очень точное описание понимания культуры Мамардашвили в своей диссертации «Философское учение М.К. Мамардашвили о человеке и обществе» дает русский философНаталья Малышкина.Она пишет: «Культура, бытующая в обществе, не является для человека гарантией обладания духовными ценностями, их автоматического присвоения, более того культура не возникает сама по себе без человеческого участия. Человек, так или иначе, соотнесен с культурой, но степень соотнесенности зависит опять же от усилий личности».[Малышкина 2005,101]В данной статье в двух упомянутых противоречивых характеристиках культуры, а также в цитате Малышкиной, выдвинут вопрос о хрупкой и едва уловимой гранью между тем, где культура является механизмом, созданным человеком, и где механизмом, его создающим, и где она становится чем-то нетематическим – оковами.

Литература

 Малышкина 2005 - Малышкина Н. Философское учение М.К. Мамардашвилио человеке и обществе. Чебоксары, 2005.
Мамардашвили  2002 - Мамардашвили М. Философские чтения: Введения в философиюю, Эстетика мышления,Картезианские размышление. СПб, 2002.
 Мамардашвили 1993 - Мамардашвили М. Картезианские размышления. М., 1993.
 Мамардашвили 2011 - Мамардашвили М.  Мысль в културе // Сознание и цивилизация. СПб., 2011. C. 99. – 114.   
 Мамардашвили  1996 - Мамардашвили М. Необходимость себя :введение в философию : доклады, статьи, философские заметки. М.,1996.
 Мамардашвили  2009 - Мамардашвили М. Опыт физической метафизики. М., 2009.
 Мамардашвили 2010 - Мамардашвили М. Очерк современной европейской философии. М., 2010.
 Сартр1973 - Сартр Ж. П. Я сжег бы Мону Лизу // Литературная газета. М., 1973. - 14 ноября. С. 15.
 Рубенис  1994 - Rubenis A. Domāt nozīmē būt // Nakts. Рига,1994. Nr.84. С. 7.
 
 
Abstract:
 
Merab Mamardashvili's cultural understanding: Fascism or the spinal cord? 
 
The article addresses the Georgian philosopher's Merab Mamardashvili's statement that “fascism is a triumph of culture” and discusses Mamardashvili's cultural understanding. The work contrasts two seemingly contradictory characterizations of culture provided by the Georgian philosopher himself - on one hand he equalizes the culture with fascism and Nazism, but on the other hand compares it to the spinal cord that serves as a necessary basis for ensuring of humanity. The article raises an issue of a fine and not fully detectable boundary between the place where the culture is a man-made ​​and humanity forming mechanism, and where it becomes something un-topicalized - a bondage.
 
Keywords: Merab Mamardashvili, Rihards Kulis, culture.
 
 

[*]Во время жизни Мамардашвили публикует лишь три книги и лишь одна из них -  «Формы и содержание мышления» изначально создана в качестве письменного текста. Остальные две -  «Классический и неклассический идеалы рациональности» и «Как я понимаю философию» – изданы с опорой на записанные материалы лекций и разных выступлений. Во время жизни издана также книга, написанная совместно с другом и коллегой Мамардашвили Александром Пятигорским «Символ и сознание», а также многочисленные тексты меньшего объема. В семидесятых годах Мамардашвили создал книгу «Стрела познания», но она опубликована лишь после смерти философа.
*В курсе лекций„Эстетика мышления” Мамардашвили производит другое разделение, отделив мысль от копии мысли. Философ указывает, что человек неизбежно связан с языковой реальностью, которая позволяет ему создавать  копии мыслей, или симулякры, понимая под этим какие-либо составленные словами фразы, которые напоминают мысль, однако являются поддельными. Мысль, по Мамардашвили, является внутренним личным опытом, актуализация которого на уровне языка не всегда возможна. [Мамардашвили  2002,178]
 
 
*Райнис (1865-1929) был известным латышским поэтом и драматургом, а Оярс Вациетис(1933 – 1983) – известным латышским поэтом. 
**Теодор Целмс (1893 – 1989) влиятельный латышский философ, развивал направление феноменологии в Латвии, а Зента Мауриня  (1897 – 1978)– латышская писательница, переводчица и мыслитель.
 
 
Последние публикации: 

X
Загрузка