Краткая история идеологии

 

 

В период Осевого времени в течении первого тыс. до н.э и первого тыс. н.э. человечество совершило крупнейшие открытия в понимании социальной истории. Человеческая жизнь трагична и несовершенна. Другой она в этом мире быть не может в принципе. Т.н. «нормальная, обычная жизнь» всегда была и будет источником страдания.

   В этом оказались солидарны все основные мировые религии и философские учения разных народов. И они ориентировали людей на весьма адекватное восприятие действительности, нередко давая надежду на счастье в ином мире.

В эпоху Возрождения и Нового Времени произошло резкое обогащение европейского общества, небывало укрепилась государственность.  Усилилась специализация внутри европейского общества, индивидуальные возможности человека.

Узкий круг людей получил возможность создавать свои собственные, авторские тексты. И чтобы тексты жили, они всё ещё должны были иметь возможность стать каноническими. Отсюда и внимание к качеству работы, и желание следовать «общественным тенденциям». Соответствовать запросам «молодых» и относительно образованных социальных слоев. Прежде всего – интеллигенции. 

Идеологов Нового Времени вдохновили открытия в научно-технической сфере, одновременные усилению государственности западных стран. И они решили, что методами общественного переустройства можно менять само качество и суть жизни, что устранение известных проблем и неудобств ( что происходило от применения новых технических устройств) может привести если не к гармонии и счастью, ток состоянию близкому нему. Причём всеми идеологами применялась простая механическая логика, не предусматривавшая, что устранение одних проблем автоматически порождает другие.

Поэтому первое подобие карго-культов создали не меланезийцы, а самые что ни на есть европейские мыслители, вроде Вольера и Дидро. Пример естественных наук показался волшебной палочной и панацеей от всех бед.

Хотя последствия применения идеологий создали ещё больше проблем людям, чем решили. Появились сильные государства с развитой экономикой, высоким уровнем безопасности и развитием инфраструктуры. Что, в свою очередь, сделало их население нежизнеспособным.

Открытие коренного несовершенства человеческого бытия, совершенное в Осевое время оказалось забытым, гуманитарное мышление пережило коренную примитивизацию по сравнению со средневековым. Фактически идеология прогресса, либеральные, социалистические, государственнические, националистические идеологии распространяли примитивные колдовские сказки. Это оказалось возможным, поскольку значительная масса населения находилась в некоем переходном состоянии. Она уже хотела чего-то нового по сравнению с традиционным каноном. Но готова была относиться к этому новому со средневековым почитанием. Масса только начала в сколь-нибудь значительных количествах получать образование. И была готова быть и идеологами, и их сторонниками…

В тот же период создавались национальные государства и наднациональные идеологии. На основе светских идеологических систем. Люди стремились объединяться в огромные, максимально единые массы. Которым нужны были символы единства и вожди. Поэтому сначала были классики-проповедники этого единства. А потом – практики – реализаторы. За Гёте последовал Гитлер, за Достоевским – Сталин. 

Необычайно велика роль в создании классиков сети всеобщего образования, вузов и библиотек. Которых в своё время становилось всё больше. И работали там люди с соответствующим «прогрессивным» мышлением, которые по большому счёту и решили, кто будет классиком, а кто нет. 

Идеологии – типичное порождение эпохи модерна. Эпохи отхода от средневековья и создания массового общества. Эпохи, стоящей на фундаменте отрицаемого ею средневековья. 

Но вот в нашем обществе средневековье окончательно убили. На месте модерна воцарился постмодерн. Массовое общество разрушилось. Произошла резкая индивидуализация человеческого восприятия. И ещё более радикальное и дробное, чем в средние века, размежевание людей по социально-психологическому и интеллектуальному признаку. 

И начался стремительный закат идеологии. Школьное образование в условиях отсутствия значимости канона и единства не срабатывает. И классика, благодаря его усилиям, нередко ненавидят или делают предметом насмешки. В условиях стремительного роста индивидуальных и групповых различий классика интересна только тем, кому она лично нравится. Наличие образования фактически убило свой фундамент. 

Новые идеологи могут быть сколь угодно талантливы. И следовать классическим канонам. Или быть радикальными новаторами. Но они никому не нужны за пределами «своего», относительно узкого круга коллег и поклонников. Этот круг может включать тысячи людей. Но он неизмеримо мал по сравнению с общностями людей, созданных в эпоху модерна. Даже если они пишут бестселлеры. Тогда они могут быть интересны аж пяти процентам населения страны или носителей языка! 

Основные идеологии уже успели показать себя на практике, устареть, деградировать и дискредитировать себя. Одновременно исторических и социально-политических условий, в которых функционировали известные нам идеологии, уже не существует. Например, исчезают социальные группы, на которые опирались носители идеологий. Исчез традиционный европейский пролетариат, сильно просела самозанятая мелкая и средняя буржуазия. Да и в целом крупные социальные группы имеют тенденции к распаду и нестабильности, набор принципов, по которым они формируются, становится всё более ограниченным. По одним признакам один конкретный человек относится к одной группе, по другим – к другой, ещё по каким-то – к третьей и так далее. Понятно, что идеологиям и основанным на них постоянным структурам тут просто не на что опереться.

Распад стабильных и одновременно разнообразных наборов идентичностей (например, привязки этничности к образу жизни, традиционным видам занятий, вероисповеданию) сильно бьёт и по современным этносам.

    Более древние идеологические структуры – крупнейшие в мире религиозные общности, если брать мир в целом, выглядят более жизнеспособными. Однако у них (и иногда существенно) меняется этнический и другой состав адептов, что происходит одновременно с дезинтеграцией. Внутри крупных общностей всё сильнее заявляют о себе более мелкие. Одновременно религии подвергаются всё большему давлению политических и экономических условий. Наиболее развитые и популярные религии всё больше становятся именно инструментом.

Жизнеспособность сохраняют и распространяются относительно компактные секты и движения, для которых важнее активность и преданность адептов, чем их численность. Они могут быть религиозными, политическими, экологическими и пр. В любом случае, они иррациональны, основаны на эмоциональное и некритическое восприятие простых лозунгов.

В целом идеологии годятся только для решения конкретных проблем, пусть иногда и масштабных. Патриотизм – для отражения агрессии извне, элементы социализма и либерализма могут способствовать единству общества, когда оно нарушено. Первые – через относительное выравнивание в уровне достатка, вторые – через равенство прав и сбалансирование интересов и статусов непохожих друг на друга частей общества. Однако любые уступки должны быть сбалансированные, взаимные и не нарушать права кого-либо.

X
Загрузка