Таня на Петиных похоронах, и другие рассказы на "т", "у", "ф" и "х"

 

Таня на Петиных похоронах
 
Ужасный холод был. Когда я садилась в автобус, я видела тебя, мы с тобой попрощались, и я поехала с Б. На Пете была такая странная нейлоновая куртка зеленого цвета. Меня удивило, что он был в спортивной куртке. И в ухе было много-много сережек. И всех от этого ветра просто сдувало. Ведь совсем недавно до этого ездили в Тихвин. И люди, как эти крошечные деревца, там стояли.
 
Труха
 
Когда к нам в первый раз приехал митрополит, после службы батюшка повез его к себе на квартиру. Заезжают в подворотню, там большими буквами «СЕКС» написано. Митрополит батюшке: «Что это у тебя тут се-экс?»
После настоятель мне говорит: «Димыч, закрась». Я закрасил, а батюшка недоволен: «Димыч, ты неровно закрасил». Пришлось углы подтянуть.
 
Подслушал разговор двух псаломщиков. Валя упомянул Кюри.
Влад: Кюри? Кто это?
Валя: Ну как же – они радий изобрели.
Влад: Радио?
 
Когда на венчании читают Евангелие: «Беху же ту водоносы каменни шесть…» - мне всегда представляются не сосуды, а люди, которые воду носили, а потом отказались, их Бог наказал – и они окаменели.
 
Сашка-бомж приходил на вечернюю службу, в уголке посидеть. А тут выпил. Уж служба шла. Он к себе в уголок пошел, пошатнулся, за чан со святой водой ухватился – и на пол его свернул. Служба идет, а озеро святой воды по всей церкви. Бабушки с тряпками набежали, воду по ведрам скорей выжимать.
 
Маше-свечнице Юра конфетку с канона принес, «Аленку». Известная конфетка с детской рожицей на обертке. И вот Маша фантик развернула – там червячок. И конфета изъедена, как обычно бывает яблочко, но чтобы конфета – такое только на религиозной почве произойти могло.
 
Однажды я у Пророка нашего спросил, в чем разница между чертом и сатаной. Пророк мне хорошо объяснил: черт – он в электричестве живет, в разных таких вещах. А сатана желает погибели человеческой.
 
 
У канона
 
Разговаривают два человека, молодой и старый.
Старый: А на чем он висит?
Неужели только на этом? (показывает на гвозди).
Молодой (наклоняясь к распятию и показывая): Вот, здесь еще дощечка была для ног. На некоторых распятиях она изображена.
Старый: А, понятно.
Молодой: В этом случае (с дощечкой) человек дольше мучается, умирает дольше.
Старый (в недоумении): Ради чего все это нужно? Ради мучений?
А от чего он умирает? От кровопотери?
Молодой: Не знаю, отец, я не врач.
Старый: Тут не нужно быть врачом.
Молодой: На солнце, без воды, без пищи.
Старый: А, понятно, на солнце.
 
Умерли
 
Умер философ Глебыч.
Умерли бомжи: комбат, Люба, Валя и одноногий Андрей.
Умерла Бабооля.
Умер Андрей, дежуривший в валенках и повязке.
Умерла Зинаида Михаловна.
Умерла алтарница Ирина Александровна.
Умерла сумасшедшая Ханна.
Умерли престарелая мать и ее сын-инвалид.
Умерла Мария Георгиевна из Китая.
Умер Миша, Борин брат.
Умер сын нашего дьякона Петя.
Умерла Лидия, сшившая шляпу для Глиныванны.
Вот и Глиныванна умерла.
 
 Федор Кузьмич
 
 
Отец Андрей прочитал в каком-то журнале, что когда хоронили императора Александра I, то вместо него похоронили фельдъегеря, а сам император тайно постригся в монахи под именем Федора Кузьмича. А фельдъегеря потом якобы откопали и перезахоронили в Эсменской церкви.
И вот мы сдвинули в центре храма две гранитных плиты и полезли в подпол. Выгребли оттуда хлам, и начались раскопки. Вернее, сначала пришли ученые люди с приборами и просветили землю, может ли там быть гроб. И выдали заключение, что вроде бы может. Стали мы с Мишей копать. А копать ночью нужно, днем служба идет, да и любопытные сбегутся. А там в подполе не просто земля, а камень на камне, настоящие валуны. И чем глубже роешь, тем камни крупнее. Уже вдвоем-втроем не стронуть их с места.
И вырыли мы глубоко, а никакого гроба не нашли. Да и зачем гроб с фельдъегерем заваливать такими огромными валунами? Надо будет в том журнале спросить.
 
  
 
Хороший ориентир
 
Пианино в церкви – прикольно. Раньше нередко бывало, зайдет в церковь новый человек: «Оно у вас и на службе играет?» (в кино то все ходят) И если человек к музыке неравнодушен – трудно удержаться. Присядет, крышечку откинет… Тогда настоятель распорядился в крышку замок врезать, и пианино запирать.
А сейчас словно народ подменили. Никого больше не тянет на пианино в церкви поиграть. И закрывать его забыли.
Привыкли мы к пианино. И ориентир хороший. «Не подскажите, где у вас Николай Чудотворец?» - «Вон, видите, пианино? Не доходя до него большой подсвечник,» - удобно объяснять.
 
 
Цыдуля
 
Когда мы завершали первый ремонт внутри церкви, Боря мне дал задание: напиши «цыдулю», кто где работал, что делал. Мы, говорит, эту цыдулю на память в стену замуруем. Я написал. Боря мою цыдулю в целлофан обернул и шпаклевкой в стену замазал. Да такое место выбрал, что снизу видно. Кто не знает, не заметит, а мы-то знаем. Смотришь снизу и видишь, где наша цыдуля.
Прошло несколько лет, снова полезли мы на леса и нашу цыдулю достали. И я ее к себе домой на память забрал.
 
с Цветочком
 
У алтарницы Ирины Александровны был чайник с цветочком. Она в нем к началу службы теплоту кипятила. И чайник был черным, и сама она ходила во всем темном, но никакого угрюмства, ни малейшей траурности не было в ее облике. Обычно женская скромность представляется такой: с вечно потупленными глазами, с прерывающимся голоском. Храни Господь от таких скромниц. Нет, Ирина Александровна была не такой, я уверен, и в юности, никогда. Взгляд имела прямой и голос негромкий. И дело имела прямое: заботилась о Сашке-бомже. Над ней посмеивались, мол, не получится у нее ничего. Слабый Сашка, чтобы что-то с собой изменить. И точно: умерла Ирина Александровна, и Сашка исчез. Но разве значит это, что ничего не получилось? Может, ни у кого другого не вышло больше, чем у нее.
А чайничек этот, с цветочком, еще послужил.
 

X
Загрузка