Памяти Анны Поправко

Горьким выдалось это лето. 30 июля безвременно ушла из жизни Анна Поправко (Белоусова) — тёплый, деятельный, красивый человек.

Наше общение происходило в Интернете. Касалось оно того, что для нас с ней было важным — нашего прошлого и настоящего, и, признаюсь, редко кто оставил сразу и безоговорочно такой удивительно ясный отпечаток в моей душе, как Анна.

Сначала — мистика. Вдруг статистика «Топоса» показала, что мой старый текст о Грозном — «Розы и нефть» — ни с того, ни с сего принялись читать непропорционально много людей. Следом получила письмо от земляка Александра Черкашина, узнала, что мои воспоминания здесь, на сайте www.moct.org, который, как я поняла, был основан для общения выпускников Грозненского Нефтяного Института (ГНИ). С этого сайта ссылки на текст разнесли по чатам и форумам землячеств. Пришла на МОСТ и была поражена тем, что мне открылось. Даром что предупреждение на входе гласило: «Наш сайт был открыт специально к 20-летию окончания нами (первыми мостостроителями) нашего славного орденоносного ГНИ. Если Вы не знаете, что такое ГНИ, Вы, наверное, просто ошиблись адресом и ничего хорошего здесь не найдете». Ожидала увидеть очередную тусовку однокурсников-земляков, а обнаружила редкий подарок — большой проект, документ-памятник ушедшему в небытие городу Грозному, создаваемый грозненцами, напряжённо вспоминающими в подробностях когда-то цветущий город. Они были направляемы Анной (www.just-so-site.com) — женщиной, живущей в Канаде, в городе Калгари.

Сразу же бросились в глаза две особенности: наличие стиля — стилистическая грамотность всегда является признаком всамделишного, стоящего — и громадное количество душевного тепла, интеллекта и дисциплины, которые Анна привнесла в проект.

На сайте возник виртуальный довоенный Грозный с той неповторимой атмосферой, которую трудно передать словами, но она тотчас узнаваема каждым, кто вырос в том городе. Устав, потерявшись в тревогах и перегрузках, я могла пойти на МОСТ и, никем не замеченная, просто посидеть перед монитором в виртуальном Грозном со своими, находя в фотографиях, воспоминаниях и интонациях разговоров на форуме точку опоры и отдохновение.

В переписке с участниками МОСТа то и дело всплывало: «Спасибо Ане — без неё я не стал бы писать воспоминания». Из письма Анны: «...Прекрасные свойства человеческой памяти — ее избирательность и благодарность. Кто ими не обладает — несчастные люди, мне кажется. Вообще же, это изумительно — когда пожилой человек пишет «а мы чакушки не плюшили» или вспоминает считалки. Это трогательно ;-), это надо сохранить для истории.»

На домашнем сайте Анны, Владимира и их сына Саши www.just-so-site.com можно многое узнать о жизни семьи, посмотреть на старинные фотографии дедушек и бабушек, почитать забавные истории — о том, какова жизнь в Канаде, которая приняла и согрела семью после того, как они чуть не вымерзли с ребёнком во Владивостоке, на месяцы лишённом электроэнергии. Не просто судьба семьи, вынужденной принимать серьёзные и болезненные решения с огромными последствиями — свидетельства, имеющие прямое отношение к нашей истории.

Обращённость к людям, генерирование тепла для других, умение объединить и подружить — одно из самых важных и ценных проявлений человеческого духа — особенно в наши времена страшного разноса центробежными силами, разметающими людей, вмазывающими их в небытие. Как важны такие люди, как Анна, способные объединить, вдохновить, поддержать — любить!

Почему? Почему именно Анна должна была уйти, оставив нас в ещё более холодном мире? Нет ответа.

Ушла радость — остался только свет. Вечная память!

***

Избранное из форумов сайта МОСТ

Anna Sep 08 2003

В альбоме прибавилось еще 3 странички, на одной из них фото нового корпуса ГНИ, присланное Леонидом Немзером, за что ему большое СПАСИБО!

Скоро будут еще несколько!

Кстати, подписи к фотографиям в альбоме можно уточнять и дополнять всем желающим. Пожалуйста, люди, знающие и помнящие, поделитесь ценной информацией с теми, кто уже что-то забыл или не знал. :-) Помещайте ваши дополнения и воспоминания, связанные с тем, что изображено, прямо здесь (с указанием № фото).

Pasusr02 Sep 24 2003

...наша улица начиналась от «Тепловозки», так назывался в народе район, примыкавший к железной дороге, огороженный и когда-то охраняемый как стратегический объект. За железными воротами, ведущими во двор, располагались бараки, в которых жило очень много людей, очевидно железнодорожников, и хотя там было много детей и, возможно, кто-то из них учился в нашей школе, мы с ними практически не общались — эти ворота разделяли нас как два мира. Очевидно, это социальное разделение осталось с дореволюционных времен — там жила рабочая беднота, а на нашем квартале располагались казачьи владения. Эти владения постоянно дробились на маленькие дворики и распродавались. В один из таких двориков попали в 1953 году мои родители. Вдова убитого в гражданскую войну казака баба Саня (фамилию ее, к сожалению, не помню) продала им третью часть своего владения, одну треть она оставила себе и одной из дочерей, а вторую отдала другой дочери — тете Вере, дочь которой Алла Солнышкина повела меня с собой на открытие школы №20 в 1954 году. Баба Саня была единственным человеком на улице, не боявшимся вслух ругать Советскую власть, и именно от нее я узнал, на чьей стороне были казаки во время гражданской войны. Несмотря на запреты взрослых общаться с бабой Саней (а они боялись за нас), она была самым авторитетным человеком на улице. Еще бы — баба Саня торговала семечками, единственная на несколько улиц, да еще какими, за ними приходили даже от вокзала с той самой Рабочей улицы. Торговля начиналась к вечеру, когда все неработающие женщины, управившись с хозяйством, выходили на улицу обсудить жизнь и присмотреть за своими чадами, естественно, они собирались возле семечек, благо у бабы Сани перед двором была врыта широкая скамейка. Мужчины, поужинав, выходили поиграть в домино.

До начала 60-х асфальтированы были только поперечные улицы, ведущие к вокзалу — Рабочая, Чичерина, а на наших улицах было деревенское раздолье, машины заезжали редко, разбивая в пыль колеи, возникшие во время дождя. Эта летняя грозненская пыль детства осталась в памяти навсегда. Пройдешь босыми ногами по раскаленному тротуару и каменистой почве, опустишь их по щиколотку в мягкую, как мука, сверху горячую, а внизу прохладную пыль, и такое блаженство охватывает тебя, что и не хочется уходить, а надо бежать — на другом углу играют в футбол — как же без меня. Надоел футбол, а не сыграть ли нам в «клёк»? Темнеет, не видно ни футбольных ворот, ни «клёка», пора переходить к вечерним занятиям, но уже совместно с девчонками — им тоже надоели «классики» и прыгалки. И допоздна — «кулючки», как у нас называли прятки, или «казаки-разбойники». Ни в коем случае не заходить домой и не попадаться на глаза родителям — «загонят» насовсем или поесть. Какое было счастье, когда ужин разрешали заменить куском черного хлеба с солью! Главное, выпросить несколько кусочков, чтобы хватило на всех. Хотя я был довольно-таки домашним ребенком, и не могу сказать, что меня воспитала улица. Но она таки меня воспитала, по крайней мере, она сыграла в воспитании почти такую же роль, как и семья — школа дала значительно меньше. Улица не прощала подлости, позволяла быть слабым, но недолго, учила дружбе и взаимопониманию.

Может быть наша улица (т.е. квартал, в котором мы жили) была уникальна, моя мама до сих пор отношения с людьми оценивает так — «здесь соседи — прям как у нас на Грибоедова», а может, это была эпоха общественной жизни — все это было до телевизора, теплых туалетов, при обязательном еженедельном посещении общественной бани и кинотеатра.

...как же давно это было. Мне еще не было семнадцати.

sfed Sep 11 2003

Необходимо вынести благодарность Анне Поправко за созданный ею фотоальбом. Благодарность должны разделить и те, кто прислал фотографии.

На снимке №17 (Кооперативная улица) запечатлена улица Дзержинского (Крафта), а на снимке №23 — трамвай на перекрёстке улиц Мира и Розы Люксембург (да, против базара, и виден одноэтажный универмаг — но, скорее, здание с образцовой парикмахерской).

С уважением,
Федосеев С. М.

Anna Sep 24 2003

Владимир, только не останавливайтесь — у Вас так здОрово получилось — и про «клёк», и про «кулючки», и про пыль, и про семечки... у нас на Партизанской было очень похоже,— видимо, это было типично для Грозного того времени. Напишите, пожалуйста, ЕЩЁ!!! :-)

Pasusr 02 Sep 30 2003

Вы правы, Анна — это было присуще всем районам города, застроенным частными домами, в центре условия, да и социальная среда были несколько другими, поэтому и набор развлечений несколько различался. Давно хочу напомнить своим ровесникам о наших играх, но не хватает времени.

Хочу рассказать кое-что об улицах. Моя родная улица им. Грибоедова прежде (до ВОВ) называлась Алхан-Юртовской. На моей памяти часть улиц нашего района переименовали в честь космонавтов, так Котельная стала Поповича, появились улицы Титова, Николаева, но вместо каких не помню, была еще улица Механическая, тоже не знаю, как стала называться, уже после моего отъезда из Грозного, в 70-е годы Пехотную переименовали в Чернокозова. Я помню этого вредного деда, которого часто приглашали в нашу школу на всякие коммунистические праздники, вся его заслуга была в том, что он, будучи ветераном гражданской войны (а таких было в городе немало, и некоторые воевали поочередно и за красных и за белых) был еще якобы близко знаком, или даже был секретарем у известного пролетарского писателя Николая Островского.

По замыслу педагогов ветеран должен был делиться с нами воспоминаниями о своем несгибаемом друге, но видимо это уже так надоело, что дедуля сбивался на свое недовольство нынешним поколением, понося наши новомодные прически, одежду и неуважение к старшим. Слушать это было совершенно неинтересно, тем более что среди ветеранов Великой Отечественной войны, которых часто приглашали к нам в воспитательных целях, были интересные рассказчики, да им и было что рассказать. Я знаю, что Чернокозов жил где-то в нашем районе, видимо на той самой Пехотной.

Хотел послать фото своей школы, но не знаю, как это сделать, т.е. я умею посылать фото только по эл. почте, а вашего адреса не знаю.

Это фото — фрагмент выпускной фотографии моего класса — 11б (1955–1966)

Смотрю на фотографию школы и думаю, что посторонний человек вряд ли что-нибудь на ней увидит. Здание за забором почти не видно, да оно и не отличается от других типовых, не то, что 1-ая или 2-ая школы. Но ведь школа — это не здание, это люди. Тот, кто учился в этой школе, взглянет на фото и вспомнит знойный последний день лета — день переклички — линейка на пыльной спортивной площадке, заросшей сорняками, среди которых выделяются колючие «арбузики». Их бросают друг другу за шиворот, стоит невероятный гомон — как же мы соскучились, не за учебой конечно, а друг о друге.(...)

Cредняя школа №20 Заводского района. Если я не ошибаюсь, открыта в 1954 году. И я, и все мои знакомые забыли, но, благодаря Валерию Иванову, теперь знаю, что она выходила фасадом на улицу Николаева, следующая параллельная ей улица, на которую выходил фасад ПТУ, примыкавшего к школе, называлась Дагестанской. Вместе с ПТУ школа занимала весь квартал в поперечном направлении ограниченный улицами Таманской и Карла Маркса. Возможно, и здесь что-то путаю — надеюсь, кто-нибудь исправит. Директором школы со дня ее открытия был упомянутый в воспоминаниях С. М. Федосеева — Александр Айрапетович Захаров.

После его ухода и быстрой смены одного или двух директоров, фамилий которых я не помню, директором стал Рафаил Леонтьевич Арутюнян. Насколько я знаю, он оставался ее директором еще очень долго после моего выпуска. Во время моей учебы в школе училось довольно много известных в городе спортсменов — футболистов, волейболистов, гимнастов, акробатов, «художниц», борцов. В конце 60-х в школу пришел туризм, и многие туристы впоследствии выбрали профессию геолога. В частности из нашего выпуска 4 человека поступили в ГНИ, учиться на геофизика. В начале 60-х школа была известна своим духовым оркестром. У школы был хороший «шеф» — Ново-Грозненская ТЭЦ, работники которой жили в домах энергетиков в районе улицы Мира. Их дети учились в 20-ой школе. Производственное обучение, которое в тот период было введено в школах, ребята проходили на НГТЭЦ. Два раза в неделю мы ехали на край города, чтобы стать слесарями КИП, девочки в это время обучались стенографии и машинописи. Думаю, что они получили от этого больше пользы, чем мы.

Sfed Oct 01 2003

Уважаемый Володя Газарян!

Чудесные подробности об улицах Грозного!

Механическая улица стала называться улицей Гагарина (по ней же ходили трамваи в Заводской район?).

С внучкой Хрисанфа Павловича Чернокозова — Милой Чернокозовой — я часто отдыхал в пионерском лагере объединения Грознефть в Октябрьском районе.

Она была старше меня года на два, а, может быть, и ровесница — дружила она со своим кругом ребят и девочек. У них была своя компания.

Что касается детских игр, то мы, конечно же, играли и в «ключки», и в ловитки, и в клёка (мы называли эту игру цикорик, если я правильно понял, о какой игре идёт речь).

С уважением,

Федосеев С. М.

Лев Oct 01 2003

Здравствуйте, уважаемая Анна!

(...)

Для начала хочу сделать несколько дополнений к последним фотографиям:

20. Новое здание Нефтяного института.

Строительство начали в 1968 году. Рядом с 1-й школой было общежитие интерната горянок по ул. Комсомольской. Помню, как во время уроков, а окна класса выходили на строительную площадку, вбивали сваи будущего здания. Напротив центрального входа был Лермонтовский садик, выходивший на набережную Сунжи.

На закованном в гранит берегу (как это не громко звучит, но эта часть берега напоминала гранитные берега Невы) был фонтан, где в 80-е по воскресеньям собирались книжники. На берегу были красивые чугунные решетки, а в каких-то промежутках были то ли чугунные, то ли гипсовые вазы. С одной стороны из садика Лермонтова можно было выйти на ул. Кр. Фронтовиков к садику Чехова и к библиотеке и к кинотеатру Космос. С другой стороны к Совмину и к мосту через Сунжу.

25. Напротив угла Когиза был дом, кстати как 5-жилстроительство, занимавший целый квартал между проспектом Орджоникидзе и ул. Комсомольской.

Примерно до 1974 или 1975 года в этом доме на первом этаже размещался Музей изобразительных искусств. При первом посещении музея меня поразила картина кисти художника 19 века (к сожалению, не помню кого именно) «Переход через ручей» На ней кавалер помогал даме перейти через ручей, вода была натуральной. Потом музей перевели на ул. Чернышевского, а в помещении открыли кафетерий Столичный. И все ходили туда пить кофе и кушать пирожные (Буше были вполне приличными), а также постоять в очереди за теми же пирожными. Их укладывали в белые картонные коробочки, что было верхом сервиса. На первом этаже 5-жилстроительства был также знакомый многим магазин «Техкнига», рядом с кинотеатром «Юность» были соки-воды «Горный родник». После школы и похода по книжным магазинам стакан сока весьма освежал.

26. С Дворцом пионеров меня связывают особые воспоминания. Дело в том, что директором Дворца пионеров после окончания Педагогического института был Ефим Генрихович Вениславский — мой отец. Именно в период его директорства ночью из-за старой электропроводки случился пожар, и вместе с Новогодней елкой сгорела большая часть здания, оно было деревянным. Это было, если не ошибаюсь, в зимние каникулы с 1957 на 1958 год. После восстановления здания отец перешел на другую работу в ШРМ 6.

А напротив Дворца пионеров был театр имени Лермонтова, где с 1946 по 1949 год отец служил актером.

27. Слева от здания обкома (одного из красивейших зданий города) выглядывает коробка современной постройки — пристройка обкома.

Ее начали строить в 1971 году. На месте этого невзрачного монстра был летний деревянный павильон — известный под названием Подкова (по форме строения). В летнее время это был павильон «Мороженое», и многие грозненцы приходили сюда летними вечерами поесть пломбир или сливочное. Здесь обслуживали официантки в белых фартуках и белых кокошниках. Посещение Подковы в детские годы воспринималось как мероприятие, как выход — ГУЛЯЕМ! А кто помнит, что в Грозном был еще один подобный павильон, правда более монументальный — кирпичный. Он находился за зданием театра Лермонтова на площади Орджоникидзе. Там была огромная фигура белого медведя со стаканчиком пломбира и какое-то подобие фонтана. Потом в этом павильоне сделали автобусную диспетчерскую. На площади была конечная многих автобусных маршрутов.

Да, за зданием обкома был небольшой парк с фонтаном, а напротив родная 1-я школа. Здесь же в парке были две могилы героев гражданской войны Сайханова и — второго не помню. Кроме того, здесь же находилась станция юных техников. :-)

anna Oct 01 2003

Спасибо за дополнения, Лев! я уже их поместила на соответствующие страницы и добавила еще одну. Теперь буду терпеливо ждать фотографии.

Про игры. Еще мы играли в «выше земли» — те же «ловитки», но можно было спастись, запрыгнув на что-то выше уровня земли;

— естественно, в классики (3 вида, 2 с «хапой» и один — без). «Хапа» — это такой плоский камень (главное, чтоб не катился);

— в «десятки» — с мячом об стенку, причем, чем дальше, тем действия усложнялись — надо было успеть хлопнуть в ладоши, или подпрыгнуть, или повернуться кругом до того, как поймать мяч, если не получилось — значит «заронил» (как и в классики).

Это я «с налету», это еще не все. Кто еще что помнит?

vanin Oct 02 2003

А мы чакушки не плюшили. «Хапа» и была битком. «Сокровище» в виде чакушек носили с собой и в школу в портфеле в отдельном мешочке. Чакушки выигрывались-проигрывались, менялись, продавались. Особенно ценились чакушки с тиснением «Нарзан» или «Боржоми». Они были редки и ценились вдвое.

Впрочем, наблюдая сейчас за пацанами у нас в Беларуси, вижу, они часто играют во что-то похожее. И носятся также со своими «сокровищами». Только вместо бутылочных пробок — «чакушек» — у них какие-то жетончики. Наверняка покупные, из ларька с «Чупа-чупсами».

Сергей В.

lev Oct 02 2003

Всем Добрый вечер!

Игры нашего детства (кроме перечисленных):

РУЧЕЕК — обычная вечерняя игра пионерлагерей.

Все становятся парами, держась руками, поднятыми над головой, образуя коридор. Тот, кто остался без пары, проходит по этому коридору, выбирает симпатичную ему личность и вместе с ней проходит в конец этого коридора — ручейка, а освободившийся идет сначала и тоже кого-то выбирает и т. д.

САДОВНИК — Я садовником родился, не на шутку рассердился, все цветы мне надоели кроме, ... и называет один из цветов, которым назван один из играющих.

Ой! Что с тобой? Влюблен! В кого? В...один из присутствующих цветов. И так, пока кто-то не запнется. Это игра на фанты и на желания. Возможно это игра еще :-) с дореволюционных времен.

ГОРОДА — игра «тихого часа» в пионерлагере на знание географии. В нее также успешно играли Джентльмены удачи в одноименном фильме.

БОЯРЕ, а мы к вам пришли, молодые, а мы к вам пришли.

...а зачем пришли?... нам невеста нужна. ...а какая нужна? И т. д.— на прорыв.

В КОЛЫ играл каждый уважающий себя пацан. Мама была в ужасе, когда домой притаскивалась охапка грязных заточенных дров, среди которых выделялась огромная тяжелая дровиняка — Дубина, ею можно было выиграть любой кол.

ВЫШИБАЛА — двое, стоящие напротив друг друга выбивают мячом всех стоящих между ними. Если кто-то поймал мяч — свечу, в игру может вернуться кто-нибудь из вылетевших.

ЧЕПУХА — на ушко рядом сидящему говорится слово, а он передает следующему совершенно другое и т.д., а ведущий должен угадать начальное слово.

МОРЕ волнуется раз, ... два, ... три все фигуры на месте замри. Кто шелохнулся — тот и мается.

И, конечно, все перечисленные игры были в нашем репертуаре. А считалки помните?

— Шишел — Мышел — Вышел!

— На златом крыльце сидели: Царь, Царевич, Король, Королевич, Сапожник, Портной — кто ты есть такой?

Говори поскорей — не задерживай добрых и честных людей.

Это пока все, что вспомнилось на сегодня. Всем — удачи.

Лев

int61630 Oct 02 2003

Здравствуйте, уважаемый Владимир Газарян! Не могли бы Вы прислать мне на e-mail фотографию СШ№20? Буду Вам признателен. У меня нет ни одной фотографии школы. Всё пропало в Грозном. Я жил на Розы Люксембург. На 1 этаже дома находилось мужское ателье. Наш двор окружали улицы: Проспект Победы, Дагестанская, Грибоедова. В 20 школе учился с 1973-го по 1981-й год. Директором школы была Александра Петровна Лагутина. Властная и в то же время справедливая женщина. Мы, школьники, её очень уважали. Муж Александры Петровны был в те годы председателем комитета по телевидению и радиовещанию Чечено-Ингушской АССР. Несколько слов в тему о спортсменах, учившихся в нашей школе. Параллельно с нами оканчивал школу класс, полностью собранный из самых перспективных футболистов со всего Грозного.

Магомет Мамилов

Anna Oct 02 2003

Магомет, напишите свой E-mail адрес — с форума нельзя приаттачить файл. Я пришлю Вам фото СШ №20.

int61630 Oct 03 2003

Здравствуйте, Анна! Спасибо за обещанную фотографию. Вообще, давно собирался поблагодарить Вас за то, что Вы делаете для этого сайта, а, значит, делаете для всех грозненцев. Всех благ Вам и вашей семье!

C уважением, Магомет.

Alik Oct 03 2003

«ВЫШИБАЛА — двое, стоящие напротив друг друга выбивают мячом всех стоящих между ними. Если кто-то поймал мяч — свечу, в игру может вернуться кто-нибудь из вылетевших».

У нас эта игра и называлась «Игра в охотника и утку»

А про «Колы» вы очень красиво рассказали, сразу как-то детство вспомнилось...

сюзанна Oct 03 2003

А в СШ №2 игра в «Охотников и уток» выглядела иначе и практиковалась с 1 по 3 класс почти на всех уроках физ-ры. Класс делился пополам (на первый-второй рааассчитайсь!) и «охотники» (скакали на одной ноге) ловили «уток». Видимо, считалась развивающей (всесторонне) игрой.

anna Oct 05 2003

...Ну что ж, давайте еще немножко «повпадаем в детство» (и куда только администрация смотрит?!!)

Считалка:

Экатэ-мэкатэ, чукатэ-мЭ.
Ангель, пангель, думанЭ.
Икс, пикс, пуля, пу,
Науль.

Еще одна:

Ехала машина темным лесом
За каким-то интересом,
Инти-инти-интерес,
Выходи на букву «S»!
(вариант: На машине красный крест).

Еще про машину:

Ехала машина грузовая, задавила Николая,
Николай кричит: «Ура! Помогите, доктора!»
Доктор едет на свинье, балалайка на спине,
Поросенок на носу, доктор любит колбасу.

Ничего не поделаешь — уж что было, то было...

pasusr02 Oct 06 2003

Вспомнили-таки игры. Друзья, ведь мы на них выросли! Даже самые нелепые игры были нужны нам для развития. Конечно, тогда мы об этом не думали, а играли, потому что интересно. Играли и в «клека», и в «цикорика». На нашей «улице» «цикорик» не прижился, желающие ходили на соседние улицы. Различия весьма незначительные, я помню только одно — главное, «клеком» назывался деревянный брусок — в идеале городок, а «цикориком» — пустая консервная банка. И этот предмет надо было вышибить из небольшого круга, или хотя бы свалить, бросая палку-биту (забыл и ее особое название) поочередно с 3-х разных линий, не помню всех тонкостей правил, да они и несколько различались в различных районах города, где мне пришлось играть или наблюдать. Главное, что в игре был «водящий», впрочем, это слово я узнал впоследствии из литературы, у нас же бедняга не водил, а «маялся», и если кто-то повел себя в игре недостойно, то коллектив мог принять решение «замаять» его, то есть играть все — против одного, не давая спуска и не выдавая своих. В обычных же условиях такая игра — когда кто-то, даже родные братья или ближайшие друзья, объединялись — считалась нечестной, и уличенные в сговоре с позором изгонялись из игры.

Лет с 8-ми и до 14-ти «клек» и футбол, а чаще «дыр-дыр» (мы различали их по размеру ворот и можно ли ловить мяч в воротах руками, число играющих большого значения не имело) были основными нашими летними играми. Игра могла продолжаться несколько часов, иногда играющие сменялись, но игра не прекращалась часто до полной темноты, когда мяч или «клек» уже нельзя было разглядеть.

Весной и осенью, после дождя, не то что бегать, даже ходить по грозненским улицам было непросто во все времена, особенно в моем безасфальтовом детстве. Это было время «колов». Пока на нашей улице не провели газ, недостатка в отменных колах у нас не было, надо было только тайком от родителей выбрать в дровяном сарайчике хороший дубовый колышек, и, что мне лично редко удавалось, хорошо заточить его острым топориком. На худой конец найти хорошую палку на акации и сделать кол из нее (тоненькие колышки имели свое название, а большие толстые дубовые — свое, долго помнил эти названия — да вот забыл, спасибо, Лев напомнил Дубину, может, вспомните и все другие названия?). Для Анны, а может не только для нее, надо немного рассказать об этой игре. Для игры требовалось как минимум два игрока с достаточным количеством колов, и хотя бы небольшой островок хорошо взбитой грозненской грязи, такой чтобы в нее можно было поглубже вбить брошенный с размаху хорошо заточенный кол. Следующий игрок должен был так вбить свой кол, чтобы при этом чужой кол упал, сбитый кол становился добычей. Игра продолжалась, пока в игре оставался хотя бы один кол. Если у кого-то кончались колы, он окончательно выбывал из игры. Из тактических соображений игра обычно начиналась с тоненьких колышков, и только когда из месива грязи торчало много колов, в ход шли Дубины.

Играющих в «клек» я еще видел приезжая в Грозный в конце 70-х годов. А колы закончились, по крайней мере, в нашем районе, наверное, не позднее начала 70-х.

(...) Была еще такая интересная игра на 3–4 человека в «дука» с лунками, палками-клюшками и мятой жестяной банкой — может кто-нибудь помнит — там надо было в особый момент приговаривать — «дук, дук запер дук»

Периодически кто-то приносил из других районов города новые игры, но большая часть этих игр не прививалась или модифицировалась с учетом наших привычек и наличия требуемых аксессуаров.

Одна девочка из Москвы, гостившая у кого-то из соседей, научила нас играть в старую русскую игру — лапту, и в более простую и на время прижившуюся игру с мячом — «штандер».

(..) Наберусь наглости заявить, что, во всяком случае в нашем районе — в окрестностях 20-ой школы, мы были инициаторами этой игры. Сказать, что мы ее придумали, тоже было бы большим нахальством — мы только нашли легальный способ играть в старинную русскую азартную игру. И название ее знал и из книжек (возможно «в бабки»), и как ее называли тогда в Грозном, да уже не помню, но играли монетами. Эта игра долго привлекала мое внимание, но взрослые ребята не подпускали нас к ней, и никак не удавалось узнать правила. Но как-то возле «Дома крестьянина» — весьма злачного места, я наблюдал издалека за тем, как играют в нее взрослые мужчины, а находившиеся неподалеку друзья моего двоюродного брата Валеры, среди которых был уже тогда знаменитый юный борец Феликс Куцель, рассказали мне правила игры. Осталось две проблемы: где взять деньги и где спрятаться от взрослых. На уличном совете (Витя Елисеев, Алик Шишханов, Владик и Сергей Осипянцы и я) кому-то из моих друзей пришла в голову гениальная мысль использовать вместо монет «чакушки» — крышки от бутылок, благо на нашем углу находилась так называемая «пивнушка», где этих «чакушек» было предостаточно... Мы попробовали, игра понравилась, но обнаружилось неудобство, «чакушки» часто были кривыми и не укладывались в большую стопку, мы начали их слегка приплющивать, через неделю в эту игру играла уже вся округа, а в следующее лето кто-то принес с улицы Механической потрясающе гладкие как монеты «чакушки», это ребята, живущие возле трамвайных путей, приспособили для их изготовления трамвай, они просто подкладывали их на рельсы и прятались в кустах.

Мы играли в эту игру несколько лет, пока наши выигрыши не превратились в огромные кучи мусора, раздражавшие родителей. Насколько я знаю, игра была популярна в разных районах города. А на нашей улице интерес к ней не прекращался вовсе — менялись только игроки.

Anna Oct 06 2003

Еще две «сидячих» игры, мы в них играли вечером на скамейке во дворе, когда уже нет сил или охоты бегать, и того и гляди позовут («загонят») домой — т.е. со временем количество участников таяло; или же днем в жару в тени. «В краски» — «Я монах в серых штанах, пришел за краской» — «За какой?» — «За синей» — «Нету синей»... а если угадает, то, кажется, «синяя» становилась «монахом»

И еще в «Самовар» — «Самовар кипит, просит чаю пить»... тоже надо было отгадывать, с чем чай, а потом, кажется, кто-то кого-то все-таки должен был догнать...

О, еще одна (наверно, еще наши бабушки в нее играли):

«Вам барыня прислала 100 рублей, что хотите, то купите, черное-белое не берите, «да» и «нет» не говорите. Вы поедете на бал?..»

Про «кулючки»: тот, кто «кулючил», отвернувшись к стене и «по-честному» закрыв глаза, считал (до скольки договорились заранее), потом говорил: «Кто не спрятался, я не виноват! Кто около дома, тот кулючит 3 кона, выхожу, никого не жду», потом он ходит и ищет; а тем, кто прятался, и кого он заметил, надо было постараться быстро добежать до места, где кулючил «кулючивший», и «застукать» себя — т. е. если он успевал добежать и постучать по стене «тук-тук за себя», то считалось, что он в порядке, а если ЕГО «застукали» раньше, то уж он кулючит в следующий раз.

«О, сколько нам открытий чудных готовит»... наша память! Ни за что бы не вспомнил, ЧТО там лежит на дальних-дальних ее полочках... а ведь все еще лежит же! С чем нас всех радостно и поздравляю!

int61630 Oct 06 2003

Фото получил! Спасибо, Анна. Благодарность Владимиру за то, что отправил фото Анне. Спустя 12 лет вновь увидел свою школу. Кстати, иностранный язык у Вас, в сш №20, преподавала не Леокардия Станиславовна Пятакова? «Англичанка». Хорошая была женщина. И к Вам вопрос, Анна. Вы знакомы с Петром Васильевичем Мироновым. Известным художником, заслуженным деятелем искусств ЧИАССР? Наши семьи 20 лет были соседями. У нас 16-я квартира, у Петра Васильевича — 17-я. Интеллигентнейшая была семья. В настоящее время он живёт в Петрозаводске. Столько порядочных людей город Грозный потерял! Что касается игр детства, почти во всех выше перечисленных, принимал участие. Но особенно запомнилась — игра в «колы».

Всех благ! Магомет

Anna Oct 06 2003

Да, Магомет, я знакома с Петром Васильевичем (во всяком случае, была знакома, когда училась в художественной школе, правда, не думаю, что он меня помнит — он преподавал в параллельном классе, и это было в 68–73 году). Как-то недавно я попыталась в Интернете найти кого-то из преподавателей ДХШ №1, и на одном из сайтов увидела фото самого Петра Васильевича и его работы, они мне понравились и вообще, и своей жизнерадостностью. Кроме того, он был хорошо знаком с моим учителем в студии — Ломтюгиным Николаем Федоровичем (по-моему, он даже у него учился). Я очень обрадовалась, что П. В. не только жив и здоров, но и создает новые замечательные картины. Не общаетесь ли Вы с ним сейчас?

Anna Oct 08 2003

(...) Вчера Александр Черкашин прислал мне сосканированные открытки 1972 г. из коллекции Ирины Игнатьевой, за что им обоим большущее спасибо. Постепенно наш альбом ими пополнится, таких в Интернете еще не было.

Сергею Ванину: не соображу, о какой фотографии идет речь («жилой дом работников нефтяной промышленности»), прошу уточнить №.

А-а-а... теперь поняла, это фото я еще не опубликовала...

Yelena Oct 08 2003

А мои обе бабушки рассказывали, что гимназия, в которой они учились, находилась в здании СШ № 1, а в СШ № 2 находилось реальное училище, где учились их братья.

Насколько мне известно, кинотеатр Челюскинцев — более позднее строение. Кажется, я даже помню фото площади, где здание ГНИ уже стоит, а на месте кинотеатра — пустырь.

Anna Oct 08 2003

Да, эта тема очень конфузная. В фотоальбоме на открытке с 1й школой (будущей) написано «Реальное училище». Потом, я точно знаю, что в 30е годы это была 1-я школа (общая), там училась моя мама, потом это была Женская школа, потом опять общеобразовательная школа №1. Не считая того, что во время еще финской войны, и, видимо, Отечественной, там был госпиталь. До революции мой дедушка учился в каком-то из этих 2-х реальных училищ, в каком — для меня загадка, но поскольку у нас в семье сохранилась открытка (с СШ №1), возможно, что именно в нем. Когда оно стало чем-то другим (возможно, и женской гимназией) — надо выяснить. Если у кого-то есть возможность расспросить бабушек, дедушек и других родственников — попробуйте, это было бы интересно узнать. И вообще, пока есть возможность расспросить кого-то о прошлом, надо ею пользоваться. К сожалению, иногда понимаешь это слишком поздно...

X
Загрузка