| |
| сегодня: 12/03/2010 |
 |
статья: 14/11/2003 |
Проза
Снозрение. Ноосфера семян
Излив
Осока лИлась в стопке
Колоды жовклых рук
Чьи пальцины пригорки
Немея стебель трут
Гдей цокот одинокый
Пронзителен и чист
НакАпился в отскоке
Блистаний сталагмит
Излёт размахокрылый
ПтенцЁвый шелест взмыл
Рассудка плесень выев
Цикадой ухо мнил
Соседствуя злорадно
В причуде вроде мха
С надломленной досадой
Гигантского орла
У этого в загривке
Пророс замшелоед
Накаркивая блики
Отсроченных планет
Круженья зыбя циклы
Орлиности привет
Себя исчерпнет в вихре
Бряцанья перьев. Свет
Измножился на искры.
Как изредка в осоке
Проглянет влажность губ
Наложенных по-скотски
В улыб-орлиный клюв,
Наложенных зверински
В обросток одичалый
Размашистых потуг.
И клёкотом рассветным
Свистав обманы чувств
Кристальный воздух утра
Вонзал в себя уструг
Дремота пробывала
В осколке ночизрЯ
И медленно стекала
В остаток Сентября.
Ведь дело было осенью...
Д. И. (1993)
(эпиграф вместо вступления)
Лар Эутрапелия
Лариса Йоонас (14/11/03)
Когда я хотела написать о сновидении и открыла новое окно из нелюбимых
Окон, рука моя остановилась над первой кнопкой, которой, конечно
же, должна была быть «О» — почему? да потому, что сон начинается
именно с неё, мир постепенно замыкается — телом, свернутым в клубок,
и мыслью, плывущей по кругу, замкнувшись, он отрезает тебя от
реальности; рука моя остановилась потому, что я поняла, что те
187375 стихов, которые я написала о снах, и те 19834002097 стихов,
которые я написала во сне — в них сказано не только то, что мне
есть сказать, а то и то, что было сказано для меня, миллионами
знаков, которые я до сих пор не удосужилась прочесть и расшифровать.
Я не знаю смысла того, что уже увидела — надо ли мне каждый вечер,
ловя сознание за хвост, оборачивать его той стороной, которая
рождает сны?
Каждую ночь, в самой её глубине, в омуте, укачиваясь усталостью,
я хочу стать плоской, растечься на кровати, как капля растекается
по сырому дереву, уходя в него.
 |
| Рис. Алексея Капнинского |
Предметы, окружающие меня (череда их похожа на картинку спектра
невидимых звезд или на штрих-код, ползущий по ленте Мёбиуса),
начинают медленно кружить, меняясь местами, переворачиваясь и
обнаруживая невозможные свойства.
Сознание сопротивляется, оно всё пытается вытянуть хвостик из
клубка, оно выныривает на поверхность, оно трёт помутневшую монету
рассудка в надежде ухватить взглядом великолепный профиль действительности,
но всё разнообразнее череда событий, а сон приходит точно за тем
мигом, когда успеваешь сказать себе, что ты уже не властен над
чьим-либо движением.
Я не люблю терять ощущение реальности. Потому я не люблю много
алкоголя, обмороки, гнев и страх. Мне слишком нравится то, что
происходит вокруг, чтобы даже на секунду прервать наблюдение.
Поэтому я ложусь спать только тогда, когда не вижу разницы между
бодрствованием и сном, когда усталость замещает удивление.
И даже во сне я веду себя как человек, которому надо все понять
и осмыслить; я стою там, озираясь, пытаясь запомнить, записать
на какие-то плоскости, открывающиеся передо мной, на стены — огненными
буквами, карандашами с белым толстым грифелем — в телефонные книжки,
на обрывках рекламных газет, на полях, на прозрачных от сырости
полях газет, расплывающихся в полумраке, в неловких руках.
Я пытаюсь запомнить мир, я запоминаю его, здесь происходит нечто
важное, главное; дневное знание рассыпалось в прах, этот прах
должен соединиться в моем сне, образовав причудливые образы и
таинственные явления.
И ещё во сне я помню и знаю, из чего собирается всё это кружево,
чёрно-белое, как ионизированное небо, на котором играет северное
сияние. Сон выстрелил из пушки в заранее помеченный крестиком
зенит, сознание расколото, прихваченное эфемерным поясом полыхающего
безумия.
Я знаю, что увижу во сне не больше и не меньше того, что увиделось
днём — непроставленная точка в непросмотренных новостях, полуупавшая
звезда, сокрытая полыхающим телом солнца, спрятанный взгляд человека,
сидевшего в соседней квартире за ненакрытым столом, тонкий и жадно
пьющий сквозняки запах цветка, гниющего на подоконнике дома напротив,
слеза моей нерождённой сестры, высохшая в нераскрытой книге, ожидание,
которые закончилось вчера, и надежда, которая вернётся завтра.
Все это материальное, до отвращения материальное, такое, от которого
невозможно спрятаться, но можно воскресить, всё это встаёт передо
мной на тонких прозрачных восковых ножках, раскачиваясь в волнах
моих снов, как актинии с прекрасными алыми горгоноподобными головами.
Я вхожу в сон и вижу там себя. Встреча с собой пугает, если должна
испугать, и радует, если предназначена радовать.
Я вижу себя, а в себе я вижу — можно даже пожать руки — кто это?
— это архитектор — ах правда — и нет загадок, ведь тут должен
появиться архитектор, его появление было предсказано — в час сто
тысяч тридцать восьмой.
Я ведь знаю, архитектор, зачем ты пришел, или не знаю пока, как
ты думаешь, стану ли я разгадывать причину твоего появления утром,
когда проснусь? Я ведь забуду о нашей встрече, так что смотри-не
смотри, я не вспомню о тебе, впрочем, есть замечательный способ
— ты ведь тоже можешь запомнить и рассказать мне утром, можно
запоминать не сон — он длинный — ты видишь — я успеваю вращать
землю, пока говорю с тобой — но как только я проснусь, ты приснись
мне, архитектор, и я вспомню, зачем ты приходил.
Кивает-кивает, и тонкая тележка скользит единственным колесом
по стонущей проволочке, и взгляд уже растаял, и опять мы один
на один, моё сознание и я.
Я пытаюсь проснуться.
Я просыпаюсь. Архитектор, ты был сном, я запишу в память о тебе
несколько слов помадой на черной двери, зелёной помадой, чтобы,
проснувшись, прочитать это и вспомнить о тебе.
Я мучительно вспоминаю, что же ты говорил, сейчас мне кажется,
что это было что-то важное — но эта синяя — нет! белая надпись
скажет мне что-то, когда я проснусь.
Я просыпаюсь, я говорю тебе, архитектор, помнишь ли ты, как ты
снился мне и у тебя была в руках коробочка, ты говорил, что она
может изменить мир? Ты спал, иначе бы ты не говорил такого, ведь
изменить мир не может ничто. Нет, говорит архитектор, ничто, но
ты спи.
 |
| Рис. Алексея Капнинского |
Я засыпаю. И вижу сквозь сон, сквозь полуприкрытые веки, как архитектор
меняет свое лицо, как он колышется в проеме окна, в мутном рассвете,
впадающем в комнату неровными кусками, как желе впадает в стеклянную
банку, протискиваясь боком и сипло вздыхая. В коробочке, которую
архитектор держит в руках, рычаг, повернув который, я могу изменить
мир. Мир ничего не узнает, он и не поймёт, что его изменили, соблазн
так велик, а тело так непослушно. Мне не потянуться, не окликнуть,
не вздохнуть, черной смолой на мне лежит тень, тень угла комнаты,
до которой не достает солнце.
Я только слышу, как молодые чайки, похохатывая, мечутся в молочном
сумраке чуть выше левого уха человека, стоящего в проеме двери.
Мне надо проснуться. Я, видимо, сплю.
Пробуждение сладостно возвращением сознания. Я отчетливо понимаю,
что чуть было не изменила мир. Результатом безумного сновидения
стало то, что я теперь знаю секрет. Я знаю, как смастерить такую
коробочку, знаю, что надо сделать с миром, для этого мне надо
подойти к окну...
Расплавленное солнце толчком выкатывается из-за горы и сразу заливает
комнату слепящим светом. Я поворачиваюсь в сторону рассвета. Там
лежит море. Море, которое оказалось на юге, освещается солнцем
совсем по-другому, чем когда оно было на севере; оно так сияет,
что хочется оттолкнуться от подоконника и прыгнуть вниз, в его
пылающее зеркало. Меня охватывает сомнение, что это не явь, а
сон, но мне нравится сон, в котором море соседствует со смертью
и к тому же лежит прямо под моим окном, распахнув для меня свои
объятия.
И я хочу, и мне очень хочется, и я, пожалуй, сделаю это — я оттолкнусь,
и полечу, и поднимусь, поднимусь над миром, над морем...
Пробуждение тянет за собой тонкую нить, это золото выходит из
моего горла, эта нить не ведёт в реальность, нет, она тянет меня
туда, в полёт, туда, где тело перестаёт быть чем-то важным и не
рвёт по швам ставший тесным мир током бьющей внутри крови, поднимая
багровый фонтан всё выше, все выше и выше, до самой верхней ноты,
на которой висит и не спадает безумный голос будильника.
Последние публикации:
Все публикации
Оставить свое мнение в гостевой книге
|
