Largo SKIFoso. Путешествие в Петербург, город смерти.

Сергей Летов (12/05/03)

«...музыканты вымогали внимание...»

Екатерина Садур

В далекие советские 80-е Ленинград и Прибалтика были определяющими

городами в музыкальной жизни страны. Причем именно в Ленинграде не

только проходили фестивали "Осенние ритмы", а затем и "Открытая

музыка", - там обитали многие музыканты, у них были свои точки, где

можно было неподцензурно общаться, устраивать маленькие и большие

концерты. Приезжали зарубежные соратники - даже в брежневские

времена. Главным идеологом новой импровизационной музыки был философ

Ефим Семенович Барбан (теперь живет в Лондоне), главными

организаторами музыкальных событий - Алик Кан (теперь живет в

Лондоне) и Сергей Хренов (умер, я узнал об этом в посвящении

переводчика "Электропрохладительного кислотного теста"). Неформальный

лидер всей ленинградской тусовки, пианист и композитор Сергей Курехин

сам нашел меня и со всеми перезнакомил (с Африкой, Аркадием

Драгомощенко, покойными Тимуром Новиковым, Цоем). Я стал активно

ездить в Питер с 1982 - жил у барабанщика Саши Кондрашкина (умер в

день смерти Курехина в 1999), мы играли с ним дуэтом, играли с

Курехиным, играли с Курехиным и Гребенщиковым, играли в

комбо/оркестре Курехина -

="08_021.jpg" hspace=7>
"Популярная Механика" - играли в самых

разных местах - от Филармонического зала у Финляндского до сквотов,

от СКК "Юбилейный" до Юсуповского Дворца.

После распада СССР "северная столица" как-то стала хиреть, а после

трагической смерти Сергея Курехина летом 1996 окончательно пропали

какие-либо причины (кроме меркантильных и туристических) для

посещения этого города. Да и в первой половине 90-х, еще при жизни

Сергея там уже не так чтобы очень много чего происходило, - и если

что-то происходило, то преимущественно благодаря его усилиям, связям,

контактам. Кончину Курехина я очень тяжело переживал, на похороны не

поехал, хотел, чтобы в памяти он оставался только живым.

Первое событие памяти Курехина прошло, разумеется, в Москве, в Доме

Ханжонкова. Организаторами выступили киношники - Курехин много

работал в кино в конце 80-х, а в 90-х - почти исключительно в кино

(фильмы с его музыкой все же успеха "Поп-Механик" не имели). Николай

Дмитриев, тесно сотрудничавший с Курехиным в последние годы его

жизни, пригласил меня поучаствовать в завершающем концерте недели

ретроспективного показа фильмов с музыкой Капитана. Я в свою очередь

позвал танцовщиков из Класса Экспрессивной Пластики Геннадия Абрамова

(сейчас больше известны по группе "ПоВСТанцы") и случайно

оказавшегося в городе архангельского саксофониста Владимира Петровича

Резицкого. В середине восьмидесятых мы с Резицким однажды играли

вместе в "Поп-Механике". То была удивительно провокационная

"Поп-Механика" в Ленинградском Университете, в Зале Двенадцати

Коллегий - с Анатолием Вапировым, с загримированным и переодетым

Борисом Гребенщиковым, закончившаяся грандиозным скандалом! Ну вот,

сыграли один раз вместе с Курехиным, и один раз на его поминках. Сам

же Владимир Резицкий умер два года назад. Из-за болезни сердца, как и

Курехин...

Однако Первым и Единственным в своем роде фестивалем памяти Сергея

Курехина стал фестиваль в Нью-Йорке в январе 1997 года. Организовал

его виолончелист, в прошлом активный участник "Поп-Механики" Борис

Райскин. Я впервые обратил на него внимание на какой-то

пресс-конференции после выступления нашего с Курехиным дуэта в

Эрмитаже. Какие-то местные старушки-искусствоведы заявляли, что все

терпимо, за исключением того, что московский саксофонист вынимал из

раструба саксофона грязные тряпки, мол, Ленинград - Город Высокой

Культуры! На что неведомый мне тогда молодой человек в академической

манере стал старушкам объяснять, что это не просто тряпки, а

специальная препарация саксофона, что это как бы сурдины и стал

проводить аналогии с Кейджем и препарированным фортепьяно. Бабки

успокоились, а я узнал, что этот академический человек во фраке

собирается играть с Владиславом Макаровым! В конце 80-х Райскин

эмигрировал в США и там развил бурную деятельность. Помимо классики и

старинной музыки он стал играть в Knitting Factory с наиболее

известными фри-джазовыми музыкантами Америки - вплоть до Энтони

Брекстона и Неда Ротенберга (список занял бы целую страницу).

Борис назвал фестиваль SKIF - Sergey Kuryokhin Interdisciplinary

Festival. Проходил он 11 дней - неделя в

Knitting Factory (фри джаз и

академическая музыка), затем - русское кафе в Манхэттене

Anyway (выступления литераторов), собор

Washington Square Church (Te Deum Арво Пярта в исполнении Хора и

Оркестра Нью-Джерси, джазовые джем сешны с участием Колика Рубанова,

Юрия Парфенова, Анатолия Вапирова и др. русских и американских

музыкантов), клуб Tonic и даже Русско-Турецкие Бани Бруклина! В

фестивале участвовало около 200 музыкантов из разных стран мира.

Борису удалось собрать на одной сцене, например, все составы моего

ТРИ"О" + Сайнхо - единственный пока случай! Непосредственно перед

ТРИ"О выступал Klesmatics... В Knitting Factory эпатировали публику

Комар и Меламид, но наиболее шокирующим было не их выступление - а

исполнение Шопена, Шумана и Рахманинова академическими музыкантами!

Никогда - до того классику в этом клубе не исполняли. Именно в

интердисциплинарности и состоял дух Поп-Механики, парадоксальной

калейдоскопической смеси всех жанров! Борис пригласил на этот

фестиваль вдову Сергея Курехина - Настю и дочь Лизу. Лизу я видел в

последний раз в кафе Anyway. Она скучая наблюдала за скандалом,

разворачивавшимся при чтении Ярослава Могутина... (Жить ей оставалось

недолго - она покончила с собой в октябре того же года...) При

расставании Борис казался грустным и усталым, сетовал, что отказались

участвовать Гребенщиков и Сесил Тейлор, жалел, что не нашел времени

со мной поговорить... Я и не подозревал, что вижу его в последний

раз. Через месяц после фестиваля его не стало.

Второй SKIF проходил в Нью-Йорке спустя год, в 1998. Я не смог

принять в нем участие, будучи занят в Австрии написанием музыки к

пьесе Владимира Сорокина "Hochzeitsreise" для театра в Фельдкирхе и

выступлениями с Дмитрием Александровичем Приговым. Зато там на

SKIFe-2 выступило мое ТРИ"О" без меня! Проводил фестиваль Давид

Гросс, бывший на SKIF'e-1 помощником Бориса Райскина. Присутствовала

Анастасия Курехина (впоследствии она занесет эти два фестиваля себе в

актив: якобы все фестивали SKIF проводил Фонд Сергея Курехина под ее

руководством).

SKIF-3 (и все последующие до настоящего времени) состоялся в

Петербурге. Реально руководил им поначалу Сева Гаккель, близко

знавший Курехина еще по "Аквариуму". Думаю, благодаря ему удалось

сохранить (хотя бы отчасти - так хочется верить!) дух "Поп-Механики".

Дух веселого бесшабашного праздника! Постепенно в аббревиатуре SKIF

"Interdisciplinary" заменили на более понятное и банальное

"International". Прежних соратников Курехина приглашать перестали. С

другой стороны большее внимание, чем в Нью-Йорке, стали уделять

рок-музыке. Преимущественно музыке самодеятельных рок-групп. В

основном, конечно, питерских, но встречались и периферийные группы -

из Рыбинска, Якутии, Барнаула.

Вообще, специфика условий наложила отпечаток на питерскую версию

фестиваля. Во-первых, никому ничего не платить! Ну, может быть

дорогу... И то, это не просто... Поначалу дорогу оплачивал Фонд

Сороса... Иностранные участники (имеются ввиду представители Дальнего

Зарубежья) получают стандартные гонорары и оплату всех издержек от

своих министерств культуры, институтов культуры, советов северной

европы, всяческих британских советов и гете-институтов. Для этой

категории все понятно: есть возможность выступить перед большой

аудиторией + туризм: посмотреть на Петербург. А вот для россиян и

жителей СНГ - несколько иначе все: им никто не платит ничего.

Выдается 1 талон на питание (типа заводской столовой) + 1 посещение

завтрака в гостинице (8:00-10:00, что бывает проблемно, если учесть,

что начало выступления может случиться в 6 утра). Поэтому можно себе

представить, кто, как правило, приезжает на фестиваль не из Питера -

молодые, а иногда и не очень, люди, жаждущие большего признания.

Во-вторых, какого-либо порядка выступлений не существует, вернее он

теоретически существует, как вещь с себе, но он не явлен ни

участникам, ни зрителям. Несколько лет назад (это был, кажется,

SKIF-4) на фестивале ко мне обратились музыканты из "Видов рыб" - им

пора уже уезжать в Москву, а предшествующая им группа "ALL STARS" из

Питера все играет и играет - уже 2 часа. Никого из организаторов

фестиваля, из оргкомитета найти было невозможно. "All STARS"

оказались ансамблем старинной музыки - типа тех, которые играют на

блок-флейтах в переходах. Исполняли они "Зеленые рукава". Я в

перерыве между пьесами попросил их сворачиваться, так как они лишают

возможности выступить иногородних музыкантов, которые иначе так и

уедут, не выступив вовсе. На что их руководитель ответил, мол, еще

минут 15 и они закончат, а то метро закрывается... А один из

патриархов импровизационной музыки в России дождался свой очереди

только в 6 утра!

В общем, будучи в Питере как-то после этого приглашен на "Радио-Рокс"

в прямой эфир с братом, я на вопрос об участии в SKIF'e ответил, что

безусловно приму в нем участие в новом коллективе: Егор и Сергей

Летовы, Сергей Жариков (барабанщик группы ДК, одно время даже

пресс-секретарь Жириновского) и Сергей Рыженко (скрипач,

экс-Последний Шанс, -Машина Времени, -ДДТ) представят на фестивале

редко исполняемые кантаты Генделя! Самое забавное, что эта байка

воодушевила оргкомитет SKIFa на внесение и этого "проекта" в

программу!!! :-)))))

Естественно, что в прошлом, равно как и в позапрошлом году я на SKIF не ездил.

И вот в этом году Колик Рубанов, саксофонист, с которым мы играем в

новейшем проекте "РУССКАЯ САКС-МАФИЯ", предложил совершить

путешествие в Питер и выступить там в клубах и заодно на фестивале.

Мы довольно часто играем "САКС-Мафией" в Москве в различных клубах,

играли в Тюмени, Вологде, получили приглашение совершить тур по

Германии, но вот в Городе Высокой Культуры что-то не получалось.

Колик объяснял, у питерских клубов нет денег даже на то, чтобы

оплатить дорогу хотя бы одному иногороднему. Может быть, все же есть

деньги, но как-то не принято платить.

В итоге я все же решил согласиться выступить в Питере на SKIFe и в

клубе "Молоко", тем более, что обратный билет мне оплачивала

"Гражданская Оборона", вместе с которой я все равно должен был играть

в Питере на Малой спортивной арене КК "Юбилейный".

Замечательное начало было положено тем, что меня никто не встречал. В

отчаянии я звонил по всем мобильным и домашним телефонам, понимая всю

напрасность этого занятия! После 40 минут ожидания я увидел бредущую

с плакатом SKIF девушку-волонтера и радостно замахал ей руками,

многочисленными саксофонами и переданными мне фирмой "ХОР Рекордз"

коробками с компакт-дисками. Впоследствии выяснилось, что не всем так

повезло, другие "мафиози" добирались до ЛДМ самостоятельно.

У микроавтобуса я встретил Хана Беннинка - замечательного

голландского барабанщика, с которым мы познакомились не то в

BIMHUIS'e в Амстердаме, не то в Италии лет 13 назад. В этот же вечер

Хан выступал соло в большом зале (вместимостью 1 500 мест) в

присутствии аудитории человек в 150 максимум. Из этих 150 только

человек 30 сидели в зале, остальные толпились перед сценой,

встряхивали головой и показывали "козу", ожидая, видимо, группу

"АукцЫон". :-) Но и это неплохо: старый афро-американский саксофонист

Чарльз Гейл, насчитал на своем выступлении и того меньше - человек

60-80...

Выступление Беннинка - это лучшее, что я видел на фестивале и оно

компенсирует весь позор и убожество происходившего мероприятия.

61-летний барабанщик играл на установке стоя, сидя, лежа,

перебрасывая ноги через барабаны, играл, взяв одну из палочек в рот и

барабаня по ней другой, сопровождая пением, свистом и разнообразными

звуками неизвестной артикуляции! Очень интересным было и то, что к

нему присоединился в конце молодой питерский контрабасист Дмитрий

Каховский, и они сыграли виртуозный, очень остроумный дуэт! Неясной

тенью легло на это выступление то, что в зале хиппического вида

слегка обдолбанная девочка с хайратником пыталась что-то сама поперек

играть на принесенном ею с собой барабане... Но это были цветочки...

За пределами Большого Зала - в фойе и на лестницах и переходах

Ленинградского Дома Молодежи было намного больше публики (2000-3000),

которая постепенно накачивалась недорогим пивом "Балтика",

покуривала, играла на каких-то музыкальных инструментах и всячески

тусовалась. В Малом Зале выступал детский джазовый коллектив из

отдаленного селения Ленинградской области. Еще в одном зале шел показ

мод, проецировалось видео.

В Оргкомитете я стал свидетелем сцены, как довольно немолодые уже

музыканты выпрашивали деньги за железнодорожные билеты. Ждите, вот

Настя приедет! А когда она приедет?! Настю я так и не увидел...

Выступление САКС-МАФИИ сначала запланировали на 1 час ночи. Это

означало, что часть публики, причем ее наиболее вменяемая часть,

покинет ЛДМ, не дождавшись нашего выступления. Печально... Реальность

все же превзошла мои ожидания. Нам предоставили возможность выйти на

сцену лишь в 4 утра! В гримерке, где мы начали расчехляться и

настраиваться, уже присутствовало человек 10 неизвестных молодых

людей, употреблявших разные напитки, но это нас не смущало. Вдруг в

гримерку стремительно вошла компания из двух десятков юношей и

девушек, которые проследовали мимо нас через стеклянную дверь на

просторный балкон ЛДМ. На улице было прохладно, около 0°С, саксофоны

охладились и стали терять строй. Мы забаррикадировали стеклянную

дверь креслами, но через каждые 5 минут в гримерку заходили молодые

люди и девушки, непонимающе смотрели на нас, что-то искали глазами и

вырывались через ту же дверь на балкон. Минут через 20 они так же

группами стали прорываться обратно. После них появились человека 3

растаманской наружности, расселись на наших кофрах и закурили "трубку

мира"... Мы не настроившись толком, потянулись на сцену, где уже часа

полтора рубился с эрзац-"АукцЫоном" экс-вокалист (уже лет 30, как

экс-) группы "Can" Дамо Судзуки.

Там мы несколько растерялись, так как звукорежиссеры поленились

убрать ударную установку и прочее от выступавшей до нас группы, а

просто поставили нам микрофоны на самую авансцену. Юрий Яремчук

попробовал объяснить, что, мол, нам так неудобно, тесно, у нас 11

саксофонов и бас-кларнет и просто невозможно разместиться на площадке

глубиной в 1 метр с микрофонами и мониторами (мы играем в том же

Большом Зале) - и к тому же - мы последние в концерте!!! Ответ:

ничего, обойдетесь, и так сыграете, после вас еще 2 группы будут

играть!

Вот так...

Забавно, что питерская skifская публика почти не приобретает

компакт-диски. "Хор Рекордз" развернула киоск с самыми разными

компакт-дисками - от фри-джаза до панка, от этники - до классики.

Внимание было, но... За эти деньги можно ведь еще столько пива

выпить! Зрители полагали, что уже итак внесли серьезный вклад в

поддержку музыки, (вход 200 руб., информация к размышлению: в день

фестиваль посещает свыше 3000 человек, шел фестиваль 4 дня. Вот такая

арифметическая задача). Никакой критики в свой адрес организаторы

фестиваля не принимают и даже бравируют безобразной организацией. В

буклете фестиваля Александр Кан с гордостью пишет, что некоторые

участники фестиваля, приезжающие специально на SKIF из других стран

так и не могут выступить, но на них за это не в обиде, цитирую

буклет: " Зато все это окупается с лихвой, когда слышишь совершенно

восторженные, просто очумевшие от счастья и полноты чувств признания

каких-то приехавших на фестиваль - из Ярославля, что ли -

музыкантов!".

На фестивале почти отсутствуют какие-либо упоминания Курехина. Почти

нет участников "Поп-Механики". Я спросил у девушки-волонтера, слышала

ли она Курехина? Оказалось - нет, только в записи на кассете. Я

пожалел, что от наших совместных выступлений с Сергеем так мало

осталось. Несколько лет назад Андрей Гаврилов (SoLyD Records)

приобрел у Анастасии Курехиной лицензию на право издания

компакт-дисков Капитана и стал разыскивать сохранившиеся записи.

Вторым диском в серии стала "Полинезия", пластинка, записанная

Курехиным со мной дуэтом в Ленинграде в 1988 году. Андрей привлек

меня к поиску записей и экспертизе (кто играет, когда и где

записано). Удалось разыскать запись с того фестиваля в Италии, где мы

познакомились с Беннинком. Некоторые концерты записал на кассетный

магнитофон Сергей Фирсов.

Теперь обычно я записываю все свои выступления на минидиск или DAT,

но посмотрев на цвет лица и несколько стеклянный взгляд человека,

отвечающего на SKIFe за звукозапись, решил не напрягаться...

На следующий день, когда мы увозили из ЛДМа свои саксофоны и

бас-кларнеты, в наш микроавтобус пытались вписаться чешские

виолончелистки, которые опаздывали на концерт в RED-клубе...

Боюсь, что мои слова можно принять за старческое ворчание, но будучи

наслышан о грядущем 300-летии Петербурга, я ожидал увидеть в городе

что-то более презентабельное. Все цвета грязные: грязно-желтый,

грязно-охристый, грязно-бирюзовый, грязно-салатный... Обрушающиеся

балконы, обвалившаяся лепнина на старинных зданиях, фасады домов,

вместо ремонта заслоненные на Невском гигантскими рекламными щитами

Нескафе, Самсунг и т. д. Отдельные жительницы Города Высокой Культуры

в волнении поведали мне, что собираются покинуть Северную Столицу на

время празднования, так как будут закрыты центральные станции метро,

перекрыто движение и вообще будет ужесточен всяческий контроль.

Клуб "Молоко" где мы играли через день, приятно удивил хорошим звуком

на сцене и в зальчике, и почти полным отсутствием публики. Пришло

несколько моих знакомых, пара фанов Гражданской Обороны, посетители

сайта href=”http://www.letov.ru/skoro.html”>http://www.letov.ru/skoro.html и та самая девушка-волонтер,

которая спасла меня, саксофоны и компакт-диски фирмы ХОР на вокзале.

Помимо нас выступал еще один проект многостаночника Колика Рубанова

"Союз Коммерческого Авангарда". Должен был играть еще и проект

вышеупомянутого контрабасиста Димы Каховского, но Рубанов смог

последнего уговорить не приходить.

Здесь я уже пожалел, что не стал записывать...

Завершение поездки было более приятным. За мной приехал организатор

концерта "Гражданской Обороны", чрезвычайно симпатичный молодой

человек. Мы встретились с прибывшим в город "ГрОбом" и поехали в

"Юбилейный". После звуковой репетиции я стал заметно нервничать. Зал

огромный, стадион! Акустика, мягко выражаясь, специфическая... Плохо

слышал себя в мониторах. На предыдущем концерте на этом стадионе в

меня попали взрывпакетом, к тому же... Егор успокоил меня немного.

На концерте звук был значительно лучше, во всяком случае, я

чувствовал себя комфортнее. По реакции публики понял, что саксофон

слышно. Слышно хорошо! Более того, я стал приспосабливаться к

акустике стадиона, к очень глубокой естественной реверберации.

Большую часть соло я отдал гитаристу, сосредоточившись на риффах и

брейках к вокалу. Егор спел 3 новых песни. Публика была поражена,

особенно это было заметно на песне "Миром правят собаки" (посвящена

событиям в Ираке). Происходящее в зале напоминало то, что можно

наблюдать на трибунах футбольного матча "ЦСКА-Спартак". Дымовые

шашки, петарды... Слава Богу, все обошлось...

После концерта к нам пришел Кузьма Рябинов (многолетний участник

"Гражданской Обороны", ныне ленинградская группа "Кузьма и Виртуозы

Вселенной"). Оказалось, что показами мод на SKIFe, которые я так и не

увидел, занималась его жена. Говорили с Кузьмой, как это ни странно,

о фри джазе, о новых проектах.

В поезде мы с братом рассказывали друг другу старые сны. Сны, о

которых никогда не говорили друг другу. Сон о кладбище. Истории о

выходе за пределы тела...

Уже в Москве я получил по электронной почте письмо от

девушки-волонтера, которую бдительная и строгая охрана так и не

пустила в гримерку "ГрОба". Оказалось, что во после концерта у нее

украли куртку с паспортом, студенческим билетом и ключами от квартиры.

X
Загрузка