Разговорный жанр жизнетворчества. Брайан Ино и его воля к победе



Брайан Ино

Выдающегося английского музыканта
современности, учителя-друга таких значимых русских персонажей
музла

как Борис Борисович Гребенщиков (Петр
Николаевич Мамонов, Артемий Киввович Троицкий), нет специальной нужды обиняково
анонсировать в наших пенатах. Тем, кто НЕ знает КТО такой Брайан И ( или Игорь
У ), пожалуй, нет необходимости и узнавать, ну а тем - другим, прочим, мои
слова не окажутся нужными. Достаточно зайти в Гугль и, ничтоже сумняшеся,
написать клавешачим стилом: brian

eno
, дабы
разверзлись пучинни интернетные и хлябь низошла в
PC.

Наше концептуальное интервью с основателем
терапевтического стиля ambient
приурочено к двум событиям жизнетрепещущей
актуалии.    А именно:

К юбилею брайаниновского эпохального
альбома Ambient
1 /

Music

for

the

Airports

(состоящего из четырех разновеликих композиций:
1/1, 2/1, 1/2, 2/2), вышедшего в
незабвенном одна тысяча девятьсот семьдесят восьмом году на
EG
Editions
у такого монстра международной музпромышленности как
Virgin
Records
.

И, к не так давно благополучно
завершенной Тотальной Забастовке Израильского Международного Аэропорта
Ben
Gurion
. Во время этой (длившейся целые сутки)
акции протеста

, жизнь крупнейшего израильского аэропорта одномерно замерла. Никто не
взлетал и никто не приземлялся. Это был Конец
музыки аэропортов
.

Преисполнясь спонтанновозникшего чувства
солидарности с происходящим, мы специально приехали на автомобиле марки
Renault
Megane
в здание абсолютнопустого аэропорта, где посредством
беспроводного спутникового ноутбука
Toshiba
Satellite
и было произведено нижеследующее акционное интервью, жалкий след
которого предлагается читательскому вниманию.

Пользуясь случаем, мы бы хотели лишний
раз подчеркнуть, что ничевоковские лавры Василисков Гнедовых нами ни в коей
мере не стяжаемы, но напротив: данный показ обнаженного Жеста призван секулярно
актуализировать то самое ноуменальное чувство медико-герменевтического
поголовья адептов Брайана Ино, которые относятся к данному звукодавцу если не
как к Бодхисаттве, то уж как минимум, как к послу Его дхармическому. Всем понятный
исихастский bias
молчальнической аскезы и внутреговоренного речения
монашески понятого Умного деланья, как видно, далеко не и
zлишен
в данном радикальном Акте Скорбного Молчания.

Денис Иоффе и Михаил Клебанов.

Аэропорт имени Давида Бен Гуриона,
первомай 2003го года.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Конец Интервью с Брайаном Ино.

 

X
Загрузка